Судя по вкуснейшему завтраку, который мне доставили в комнату поутру, подземные жители выращивали искусственное мясо и обладали развитой гидропоникой, которая помимо овощей и фруктов так же занималась разведением грибов, пряных трав, фруктов и всего, на что способно воображение.
Причём в грибах ощущалось наличие йода, что ставило мои вкусовые рецепторы в тупик. Выходило, что они занимались ещё и гибридной селекционной деятельностью, о чём анклав «Хабаровск» мог только мечтать, а «Владивосток» даже не задумывался.
Детали для размышления были повсюду: люди в одинаковой одежде наталкивали на мысли о рабочем плебсе, а люди в бронях, что стояли над людьми в одинаковой одежде, явно говорили, что и патрициев здесь не мело.
Обдумывая тонкости этого мира, я затянул свой рассказ о внешнем мире. Хотелось рассказать, как можно больше, не упустить важных деталей.
Речь поневоле вышла на несколько часов. От получения приглашения журналисту Карлову до открытого лифта с применением дронов Карловым-выживальшиком. Но из всех улик о той самой жизни у меня были лишь этот чемоданчик с дронами, да одежда. Оба в сущности не подтверждали ничего из рассказанной истории. Дронов во внешнем мире в периоды изобилия было тысячи, хватало и брони с оружием. А свою самую главную улику — Невельского, я не принёс.
Глядя на них, я понял, что мне не верят. Спишут на воображение.
Я привык быть пессимистом и приготовился к очередному обвинению в шпионаже.
После моей истории Сотня совещалась примерно час. Событие, что вдруг всколыхнуло всю подземную элиту, разделило людей в длительных дискуссиях на фракции. По ряду вопросов наверняка проводили голосование.
Что происходило за той заизолированной дверью не имел и понятия. Но накормленный, напоенный, защищенный, я ощущал радость. Мозг готов был выделять эндорфины просто так. Просто потому, что существовал и рядом ни завывания ветра, ни звука выстрелов.
Все это время я ждал своей участи в комнате рядом с Клавдией. Она подбадривала меня, как могла, уверяя, что «Поверенный» города строг, но справедлив. А моя информация даст толчок развитию глобальных проектов на поверхности.
— Подземники наверняка выйдут наружу и перезагрузят мир, — уверяла она. — А твой рассказ войдёт в анналы новой мировой истории. Спорю, что тебя поставят главным историком подземников. В любом случае, твои знания пригодятся, чтобы повлиять на оба мира.
— Хорошо, если так, — робко улыбался я, отвыкнув от общества женщин и открытого общения.
Затем нас обоих привели в зал.
Слова Поверенного города, иначе — мэра Москва-сити, Ярослава Ярова, прозвучали в полной тишине: