— У России два союзника — армия и флот! Служить вообще должен любой нормальный мужчина!
— Ага, любой, кто откосить не сумеет!
— Наполеон говорил, кто не уважает свою армию, будет кормить чужую. *
*- точно не известно, но приписывается Наполеону. И в таком виде — тоже. Прим. авт.
— Уважать! Да я там чувствовал, что тупею!
— Еще сильнее? Ты сходи, проверься, — посоветовал все тот же голос. Это что еще там за любитель кирзовых сапог нашелся?
Варя слизнула с пальца капельку соуса. Почему-то накатило раздражение.
— Сам проверяйся. Что за идиотское желание — помереть на войне? Самоубийца, что ли?
— А кто тебя, фефективного менеджера, защищать будет? Ты вот, что умеешь? Правильно, по клаве тапать, и в телефончике зависать, на порносайтах. Ремонт в квартире делать — мастера вызовешь, морду на улице бить начнут — удерешь с визгом. Ты хоть раз задумывался, что армию нам не просто так об…рали со всех сторон? Врагам выгодно, чтобы мы на своих защитников свысока смотрели, чтобы им денег толком не платили, в девяностые все разваливали, до чего могли дотянуться!
— У нас тогда половина генералитета — враги.
— А что удивляться? У нас в девяностые столько гнили вылезло! Чудом страна уцелела, главнокомандующему спасибо!
— Нигде еще не сказано, что уцелела! И уцелеет! Ты ж видишь, вся Европа…
Варя подхватила блюдо и понесла в комнату. Интересно же. То Светка носилась с тарелками, а она резала-раскладывала, а это вот, сама решила. Кто тут такой интересный?
— Европы той — муху по карте размазать! Дрянь на дряни, не петух, так крыса, не понимаю, почему мы все время их щадили? Еще при Петре надо было бить, не жалея…
— Париж загнивает. Но при этом пахнет Шанелью, — произнесла Светка.
Дурой-то она не была, и разговор поддержать умела. Вставить броскую фразу, заинтриговать, обратить на себя внимание. А там уж — дело техники.
Парень… скорее, молодой мужчина, обернулся и посмотрел на нее с насмешкой. Симпатичный?
Да, пожалуй. невысокий, светлые волосы с забавным хохолком на макушке, большие голубые глаза, этакий «вечный мальчик», Варе такие никогда не нравились.
— Чем сейчас пахнет Сена — можете любой биотуалет обнюхать. Разницы не заметите. И раньше она так же пахла, на весь Версаль ни одного туалета не было.
— Именно поэтому русская аристократия нанимала учителей-французов. Если Толстого почитать, там через слово французская вставка, глаза сломаешь! Не иначе, от бескультурья.
Чем-то этот человек Варю раздражал. Бесил…
— Дурной пример заразителен. Нашли с кого собезъянничать, с революционеров, вот потом Россия и полыхнула.