Не знала она, что Наполеон мог стать русским! А ведь и не только офицером, что уж? Просто — русским. Как тот же Багратион, как Барклай де Толли, как Крузенштерн, как… как Екатерина Вторая!!!
Но об этом моменте жизни корсиканца было принято умалчивать. В сериалах такого точно не было.
— Перейти к нам? А… тебе предложили? Или как? Прости я просто немного не в курсе?
Наполеон тряхнул головой. На лоб упала прядь темных волос.
— У вас сейчас началась война с турками. И нужны солдаты, офицеры, а я хороший артиллерист!
Варя задумчиво кивнула.
— Да… ты можешь это сделать. А на войне легко заработать себе чины и звания. Франция же сейчас не воюет…
Наполеон опустил глаза.
— Раньше я не мог бы уехать, другая страна, так далеко, а у меня мать, младшие… сейчас я за них спокоен.
Варя нахмурилась.
— Подожди, а Гриша тебе не писал про Стронци? И про твоего отца? Или твоя мама?
— Она писала, что мне надо приехать для серьезного разговора, что не все можно доверять письмам, — вздохнул Наполеон. — я думал, она невесту нашла, или что-то такое… не хочу!
Варя только головой покачала.
Ох уж ей эти патриархальные нравы!
Вот ей Гриша все написал, до чего дошел и додумался. И надо полагать, Летиция знает, но… или все проще? И она боится, что ее письма перехватят? Прочитают?
Гриша-то своей барыне писал на русском! Благо, грамотен! И то на три слова — шесть ошибок! И не просто на русском, Варя плюнула на все, и обучила тех, кто неграмотен, своей скорописи. А что?
Тридцать три буквы алфавита, и простые правила, и пес с ней, с пунктуацией! Отлично освоили!
Так ей Гриша и писал! И прочесть это… даже если на Корсику занесет переводчика, который знает русский, прочесть вот ЭТО ему будет крайне сложно. Это как с детьми и их речью. Варя-то своих обучала, вот и разбирается, а кто другой?
Мама прекрасно понимает, что «аю ойох» — это «хочу горшок», а посторонний человек? Да век не разберется!
— Наполеоне, тогда у нас с тобой будет серьезный разговор. Давай ты сегодня отдохнешь, а завтра с утра…
— Барбара?
Варя потерла лицо руками. Хорошо, сейчас она не в гриме…
— Мы можем поговорить и сейчас, но… это ничего не изменит. Просто ты будешь думать всю ночь, а ситуация УЖЕ случилась. Ты не думай, если бы это было срочно, я бы ничего не скрыла. Но…
Наполеон подумал пару минут.
Наташа подошла поближе.
— Наполеоне, ты устал, а мама правда не будет скрывать ничего. Давай лучше ты отдохнешь, выспишься, а завтра, на свежую голову, мы обо всем поговорим? Сыграешь со мной в шахматы?
Отказываться Наполеон не стал.
Шахматы он любил, так что пара зависла над доской. Варя подумала, что ему еще надо предложить шашки, поддавки и нарды. Но это потом, он сейчас и правда уставший, как собака.