Роджер в сопровождении Григория направился в Париж. Им были выданы деньги и четкие инструкции, что именно надо делать.
Варя всегда была ЗА рекламу. Не стоит ее недооценивать. Кажется, ты уже все знаешь, все уловки напросвет видишь? И тут ты попадаешься! Да так, что только «караул» кричать.
И потом смотришь на купленную коробочку, и печально вопрошаешь — как так-то? Я ж умный, я ж это слушал…
И купил?
Почему?
А вот потому что. Маркетологи тоже не даром свой хлеб получают. В девяностые неизбалованный и доверчивый народ хапал фффффсе! Именно так, с большой буквы «Фы»! А вот далее…
Варе, по счастью, было легче.
Люди сейчас были не глупее тех, что в двадцать первом веке, но чуточку доверчивее, что ли? Это ж надо? Они до сих пор печатают в газетах правду! Ну… почти!
И им верят!
И в Калиостро верили, и в гадалок, и в приметы… как тут не воспользоваться? Надо, определенно надо! Чтобы к их приезду поле чудес для страны дураков было уже подготовлено!
В деревушке должны были остаться кормилица с детьми, Игнат и Федот. Для охраны этого за глаза хватит, и случись что, мужчины детей вытащат.
Варя же собиралась в Париж. Даша от барыни отставать не хотела. ЕЁ барыня — и точка!
Матвей и Тимофей ее оставлять отказывались наотрез. Мы при барыне — и точка!
Нравится, не нравится… мнение лично барыни при этом не особенно учитывалось. Кажется, мужчины решили, что она без них пропадет, и вовсю опекали и Варвару, и Наташу. Матвей был признателен за свою семью и старался не за страх, а за совесть. А Тимофею просто нравилась маленькая Наташа.
Как он случайно проговорился, у него сестренка такая же была, боевая… кто ж знает, что с ней теперь?
Четверть века прошло!
Варя тогда его прилично отругала. Вот еще, и не стыдно ему скрытничать? Надо было все рассказать, да они бы и съездили в родную Тимофееву Хлебовку. Может, кто и остался, может, кому помочь надо… Тимофей обещал, что как в Россию вернутся, так обязательно. И с Игнатом поговорит, и с Гришей. А и то, денег хватает, чего ж не помочь?
Андрей Иванович просто был доволен жизнью. А что ему надо?
Рядом сестра, любимая племянница, новые впечатления, путешествие… он даже путевой дневник стал вести.
Варя ему очень посоветовала, и пообещала, что потом эти записки издадут. А если еще Роджера подговорить на гравюры и рисунки…
Оказалось, что у князя Прозоровского недурной слог и легкое перо, так что перед сном Андрей Иванович зачитывал всем свои очерки, а Варя даже набрасывала для него что-то вроде иллюстраций. Так, почеркушки в черно-белых тонах!
Но тут же и того нет!