— И потеряем шагоходы? — спросил я, показав выделенную нам технику. В этот момент страус как раз чуть разогнался и бежал даже с некоей грацией, но тут же споткнулся о рыхлую землю, пилот не успел переместить центр тяжести, и машина с грохотом рухнула, растянувшись во весь рост.
— Нечего тут терять, — недовольно морщась, проговорил бурят. — Ни у кого из наших опыта вождения шагоходов нет, и это куда сложнее, чем использование автомобиля. Так что без вариантов. Лучше придумай, чем их заменить.
По большому счету товарищ был прав, ни одного подходящего пилота среди третьекурсников не нашлось, а без инициированных машина не могла ехать при всем желании — на борту был только резонансный генератор, вырабатывающий электрический ток. Никакого другого двигателя предусмотрено не было. А даже если сейчас собрать на коленке дизельный генератор, что мало реально, вряд ли он выдаст нужную мощность.
Вот только и лишаться единственного мобильного и при этом хоть сколько-нибудь бронированного средства — глупо. По условиям отбора резонансные доспехи и шагоходы были полностью неуязвимы к огню автоматов и могли уничтожаться либо из гранатометов со специальными снарядами, либо из пушек страусов.
Отдельно можно было выделить использование резонанса в качестве поражающего элемента, но тут все сводилось к навыкам третьекурсников. Дальше пятидесяти метров уверенно удерживать «пресс» не мог никто из моей группы, и даже Герб на тренировках выдавал метровое пятно на расстоянии не больше семидесяти.
Совсем другое дело — щиты. Этому парней учили крепко и прикрыть себя с одного направления могли все инициированные. С нюансами, конечно, вроде максимального размера устойчивой плоскости и ее мощностью, но куда уж без этого? Очевидно, самым стойким из наших оказался Таран, а после того, как я сумел заставить его раскрыться…
Медитации позволили буряту взять себя под контроль, в несколько раз увеличив общий объем праны и, как следствие, длительность удержания и использования любого эффекта резонанса. Но с пиковой составляющей все было по-прежнему. Словно приходилось сливать бассейн через горлышко бутылки.
Что с этим делать и, главное, можно ли вообще что-то с этим сделать, было совершенно непонятно. Я несколько раз держал камни резонанса в руках, но так и не сообразил, как это работает. Пространные объяснения про вещественность мыслей, божественную материю и прочее можно было отсечь сразу. Не помогало.
— Нет. Надо что-то придумывать, иначе мы не вывезем, — проговорил я, помотав головой. — Противники тоже будут использовать бронеходы, а значит, у них будет существенное преимущество. Надо хоть уравнять шансы.