Господин следователь – 15 — Евгений Шалашов

Зато у моего почерка имеется одно преимущество — могу себе позволитьпросто скомкать исписанный листок и бросить его в корзину для бумаг, а не рвать его на мелкие кусочки, чтобы осложнить работу тем, кто попытается что-то прочитать. Правда, есть один человек, который способен прочитать, а при надобности и «дешифровать» мои записи. Но этот (эта, если точнее) маленький гений, а таких у нас немного. К счастью.

Значит, кому-то понадобились мои бумаги. Хм… Любопытно. И здесь широкое поле для догадок. Теоретически, это могут быть и любители автографов, хотя я не представляю — кому мои автографы интересны? Напишите письмо графу Толстому, он обязательно вам ответ пришлет — будет ценнейший автограф. А, ну да. Отвечать на письма у Льва Николаевича усажены жена и личный секретарь.

Могут быть журналисты, какие-нибудь издатели. А если готовится какая-то провокация? Предположим, моим почерком будет написана антиправительственная прокламация? Или кого-то убьют, а рядом записка с почерком графа Чернавского.

Или это уже перебор? Да и образцы моего почерка, при желании, можно заполучить более простым способом. И графологи работают неплохо.

Есть и иные варианты, но это уже из категории конспирологии, а я конспирологов не люблю.

Впрочем, очень надеюсь, что в самое ближайшее время установлю — кому понадобились мои записи? И для чего?

А черновичков я Константину приготовлю. Не поленюсь, завтра же начну писать. Изложу ему выдержки из «Слова о полку Игореве» или еще что-то такое. Пусть дешифрует. И помять бумажки как следует, чтобы правдоподобно все было.

Вот, прямо сейчас и потренируюсь. Будем считать, что первые деньги Маша уже заработала.

Только я выпроводил Марию, собрался пойти к жене, как пришла Полина. Барышня была явно чем-то озадачена. А еще — определенно, она что-то собиралась мне сказать. Или спросить.

— Ваня, я с тобой посоветоваться хочу, — сказала барышня.

— М-мм?

— Я собираюсь в Рисовальную школу на Бирже записаться, — сообщила Полина.

— А что за школа такая?

— Она при Императорском обществе поощрения художников. Я справлялась — для поступления нужно показать свои рисунки. Хочу в класс литографирования записаться.

Решение барышни меня обрадовало. Полинка у нас в последние дни снова хандрит. Может, из-за того, что Николай стал редко ходить, может — еще из-за чего-то.

— Полина, ты же знаешь — я только за, обеими руками, — кивнул я. — Если какая-то помощь потребуется, плату за обучения внести — только скажи.

— Нет, деньги у меня есть, но я еще о другом хотела спросить…

Определенно, самая младшая сестрица мнется, что-то не договаривает.