— Фалин в советники к цесаревичу пойдет! Все прокрутим, дай только Олегу-Николаю из круиза вернуться!
Я задумался — идея была неплохой! Действительно, с разведкой, особенно агентурной, здесь сейчас полный швах. Но человек со стороны на посту начальника ГРУ будет воспринят офицерским корпусом в штыки. А если возглавят его люди «свои в доску»… Жаль только, что дед будет от меня далеко. Впрочем… сейчас-то он еще дальше, а как переместится сюда… да пусть он в Питере сидит, а я в Нижнем! Поезда уже ходят, и даже вполне регулярно! Захотим повидаться — сделаем!
— Ну чего пригорюнился? — усмехнулся Дорофеев. — Жалеешь, что упустил двух спецов по агентурной и промышленной разведке? С сорокалетним стажем? А к ним в придачу доктора исторических наук, прекрасно изучившего политические процессы XIX–XX веков и помнящего наизусть всех мало-мальски значимых персонажей этого периода? Не куксись — для тебя приготовлен специальный приз! Будет тебе инженер! И хозяйственник!
— И кто это будет? — с жадностью спросил я.
— А! Загорелись глазки! — радостно рассмеялся Дорофеев. — С трех раз угадаешь?
— Инженером — Михаила Тимофеевича! — выпалил я одним духом, примерно представляя, что будет, если я заполучу Самого.
— Калашникова? [111] — фыркнул Петрович. — Однако! Губа не дура! Нет, не угадал, хотя его кандидатура рассматривалась. Но мы решили, что со «стрелковкой» ты и без него вопрос решишь. На тебя уже Наганы работают, да и этот самородок твой — Ерема Засечный — тоже неплохо себя проявил. А что они изобрести не смогут — ты «вспомнишь»…
— Ну, если так рассуждать — так у меня вообще никаких проблем нет! — разочарованно протянул я. — Я тут вкалываю, как папа Карло, без продыху и просыпу! Тьфу! Недосыпаю, короче! Дичайший кадровый голод!!! Я же, блин, вообще не инженер! А вокруг меня сплошь технические гении собрались! И периодически с подковыркой спрашивают: а эту хрень, Александр Михалыч, вы откуда взяли? Ах, из головы выдумали? Ну-ну…
Уловив насмешливый взгляд Дорофеева, я поперхнулся и смолк на полуслове. Петрович сочувственно покачал головой.
— Выпустил пар? На-кась вот, прими, не пьянства ради, а исключительно для лечения нервов! — Петрович чуть не силком влил в меня полный лафитный стакан [112] коньяку. Меня слегка повело. А Дорофеев продолжил: — Вот и видно, что не инженер ты! Сейчас не винтовки решать будут. Винтовки — частность! Решать будет наличие тяжелой промышленности. Первые шаги в этом направлении ты уже сделал — неплохой сталеплавильный комбинат отгрохал!