— Терпи, — цедит дед.
Раскат грома, молнии бьют рядом с кругом, волосы электризуются. Силой воли удерживаю сознание, но перед глазами все плывет и раздваивается. Дед что-то говорит, вроде пытается ободрить, но смысл ускользает.
— Семен, сила к тебе стремится, а мое время вышло. Старый я дурень, следовало раньше обо всем позаботиться, но всего не предусмотреть и не подготовиться. Прости, если что не так и не поминай лихом, — доносятся сквозь туман слова ведьмака.
Мышцы начинают ныть, суставы выкручивает. Неожиданно все стихает, боль исчезает, появляется легкость и эйфория. Готов чуть ли не горы свернуть! Над стоящим дедом какая-то странная исчезающая дымка, его ладонь безвольно падает, зрачки принимают привычный вид. Трофим еще какое-то время стоит, а потом медленно оседает. Я понимаю, что старый ведьмак ушел, а его сила во мне. Она бурлит и начинает пожирать меня изнутри, опять наваливается дикая усталость, какие-то качели происходят. Пошатнулся, сжал кулаки и сумел устоять. Пришло понимание, что следует разорвать начертанный круг и выйти из него. Носком кроссовка затер линию и смог вздохнуть полной грудью. Нагнулся к мертвому Трофиму, неожиданно легко подхватил его подмышки, а потом и на руки взял. Перенес и положил своего предшественника в гроб. Остается выполнить последнюю волю покойного и решить, как дальше жить и поступать. Правда, он говорил, что уйдет за грань чуть позже, но почему-то все случилось немного раньше. За воротами послышался скрип колес, раздалось испуганное ржание.
— Хозяин! Отворяй! — раздался женский крик.
— Он умер, — ответил я, но на голос пошел и створку отворил.
Ведьма! Сразу определил, в том числе и по ауре понял, что она из нейтральных. Откуда знание в подсознании всплыло? Пока не могу сказать, следует в себе разобраться и понять, что за наследие дед оставил.
— Он ушел, — поправила меня рыжая молодящаяся женщина, — а ты занял его место. Теперь это все твое, хочешь этого или нет. Меня зовут Лидия, кто я такая тебе уже известно.
— Семен, — коротко представился я.
— Знаю, — кивнула она. — Бери под уздцы Ворона на погост веди, а мы поминки подготовим.
— А где кладбище? — уточнил я.
— По дороге, примерно в километре отсюда увидишь съезд, место сам найдешь, лопата в телеге, — ответила Лидия.
— Спасибо.
— Не благодари, это минимум, что для Трофима могу сделать, — отвернулась та, но блеснувшую слезинку я успел заметить.
Получается, ведьмы могут страдать и плакать, ничего человеческое им не чуждо. Кстати, однозначно могу сказать, что физической силы в руках стало намного больше, чем еще час назад. На душе немного муторно, тревожно и непонятно, но разочарования не испытываю. От судьбы не уйти, как и не переписать Книгу Судеб.