— Нет! Повтори слово в слово, чтобы в мозгах и ауре навсегда отпечаталось, — жестко заявил Трофим.
Не с первого раза, но повторил. Трофим остался доволен и продолжил говорить и вовсе удивительные вещи. Мол у него есть способности к целительству и даже оборотничеству. Да и оборотни водятся, как и вампиры и всякая разная нечисть, что считал выдумкой и сказкой. Правда, кощея-бессмертного, как такового, нет, но есть похожие на него персонажи. Драконы давно вывелись, как и змеи-горынычи, а вот богатыри еще встречаются. Редко, но умудряются колдуны призывать себе на службы низших демонят и чертей, за этими приходится побегать. Если же кто-то серьезный приходит из нижнего мира или преисподней, то, как правило, долго не задерживается, сжирает или высушивает вызвавшего и обратно отправляется. Но бывает и остается покуролесить, если сильно голоден и истощен. Тогда беда, опасный и коварный противник, может принимать разные личины, а высшие и вовсе вселяться в человека со слабой волей.
— Но, в общем и целом, жизнь ведьмака не так и плоха, — сделал неожиданный вывод дед Трофим, о чем-то вспоминая. — При правильном подходе можно капитал сколотить и мало в чем себе отказывать. Детям своим негласно помогать, правнукам… — он нахмурился. — По этой причине немного тебе достанется, все свои сбережения раздал, много родни. Кстати, если избранница не посвящена в наши дела, то и говорить ей не следует. Не любит никто, чтобы слухи пошли. Ладно, это все по верхам, оставлю тебе пару книг, в том числе и по обрядам, а вот собственный дневник с собой унесу. Запомни, еще вот что: волю усопшего всегда исполняй, если слово дал, иначе проклятие накличешь и избавиться от него окажется сложно.
Дед с кряхтеньем встал, поморщился и головой покачал:
— Вот уже и в ногах слабость, зрение резко ухудшилось. Недолго осталось, а сделать надо много. Жди здесь, сейчас вернусь, принесу кое-что.
Трофим, шаркая, отправился в комнату, а я сижу и наблюдаю за стариком. Тот резко сдал, морщины стали глубокие, пальцы на его руках подрагивают. Идет и того гляди запнется и завалится, а на кухне дышать становится тяжело. Воздух сгустился, стал спертым, за окном стемнело, хотя до вечера еще далеко.
— Эх, не успею попариться напоследок, — посетовал хозяин дома, возвращаясь и неся в руках три старые книги. — С этим потом ознакомишься, — сгрузил он свою ношу на стол и смахнул со лба пот. — Сейчас тебе сделаем личный дневник, чтобы потом не мучился. В него записывай важные события, заказы, обряды и рецепты. Не поверишь, но не раз выручит. На память наш брат не жалуется, но, зачастую, от мелкой детали зависит жизнь и пренебрегать этим нельзя.