Затем она резко вылезла, держа в руках два белых свёртка тряпок.
— Выглядеть нужно правильно — сказала она и швырнула один мне.
Затем, нисколько меня не стесняясь, принялась раздеваться до белья и облачаться в белую униформу медика.
— Хотя бы халат накинь, — буркнула она.
— Доктор Полярский? — я глянул на бейджик с именем.
— Угу, — ответила доктор Луричева. — В кармане есть документы. Держи их поближе и ничему не удивляйся.
— Это что, какая-то лаборатория? — насторожился я. — Звучит подозрительно.
— Да. Её содержит один частный фонд, изучающий паранормальные явления. Они занимаются сдерживанием опасных аномалий.
Я изучил логотип рядом с именем. Круг с тремя стрелками в неровной окантовке, очерчивающей весь символ, и три латинские буквы. Мне это всё ничего не говорило. Гораздо больше сказал вид камер на входе. Они не скрывались и мерцали красной лампочкой. Одна из них поймала нас в фокус и тщательно сопровождала, как только мы появились в её поле зрения.
Завидев нас, вперёд выдвинулся комитет по встрече. Шестеро здоровых мужиков в военной форме, с автоматами и неизменной символикой фонда.
— Слушай и запоминай. Если ты придёшь сюда в следующий раз сам, то действовать нужно точно так же. Ты же можешь быть хорошим актёром? Подыграй мне.
— Доктор Луричева, — узнал мою спутницу старший. — Кто это с вами.
— Доктор Полярский. Он с другого филиала. Показываю ему объект. Возможно, в следующий раз появится без меня.
— Принято. Готовьте документы, — ответили с той стороны.
У входа засветился ещё один яркий прожектор. Прозвучал короткий сигнал и створки ворот начали медленно разъезжаться.
Кого же они тут удерживают, раз поставили такие меры защиты?
Наш с Луричевой возраст охрана проигнорировала. Их интересовал лишь пропуск. Странный документ с символикой фонда, моим именем и должностью. Как позже выяснилось, ещё с водяным знаком и невидимой в обычном спектре печатью. Охранник просветил её ультрафиолетом, и поверх надписей возник ещё один логотип организации.
— Идёмте, — сказал старший. — Степан, ты за главного. Смотрите в оба.
— Как сегодня объект? — спросила Луричева.
— Стабильно, — холодно ответил охранник.
— Давненько уже не нарушались условия сдерживания.
— Надеюсь, сегодня они тоже не будут нарушены, — помрачнел наш проводник.
Мы прошли до здания лаборатории и вошли внутрь. Тяжёлая гермодверь с писком отреагировала на пропуск нашего проводника и начала отъезжать в сторону. Я оценил её толщину. Похоже, хрупкая с виду постройка даже прямое попадание ракеты переживёт.
Луричева закинула руки за голову и принялась что-то насвистывать. Охраннику это явно не нравилось, но перечить он не спешил.