Я перевёл выжидательный взгляд на стоящего рядом Неуна, ища поддержки или хотя бы здравого технического анализа ситуации. Принц антов медленно склонил массивную голову к плечу, переваривая полученную от пленника информацию.
— Упомянутый водоотвод с высокой долей вероятности может напрямую соединяться с масштабной старой дренажной галереей, — глухо произнёс гигант, нарушая тишину. — Если в далёком прошлом мастера-цверги своими разработками случайно врезались в эти природные древние тоннели, они по всем правилам инженерного искусства были обязаны надёжно отводить грунтовые воды на нижние ярусы. Подобные технические ходы, таят в себе массу смертельных опасностей из-за ветхости, но зато они архитектурно предсказуемы.
— Предсказуемы в том замечательном смысле, что мы там вполне предсказуемо переломаем себе шеи или утонем в нечистотах? — поинтересовался я невинным выражением, чувствуя, как начинает дёргаться глаз.
— В том смысле, что эти сооружения строились инженерами, а значит, у их геометрии и уклонов имеется чёткая структурная логика, — невозмутимо пояснил ант, проигнорировав или не заметил мой сарказм.
— Спешу заметить, что у отравленных стрел, тоже имеется своя, кристально ясная и неоспоримая логика, — парировал я, отпуская кляп во рту пленника. — И ведут себя они тоже предсказуемо. Сначала прицельно летят в нас, а мы затем дружно и навсегда падаем.
Молдра, до этого момента хранившая молчание, коротким кивком указала на скорчившегося на полу пленника.
— Что будем делать с этой падалью? — задала она резонный вопрос.
И вот это был по-настоящему правильный, своевременный вопрос, донельзя неприятный и царапающий мозг, словно камешек, случайно попавший в сапог. Хладнокровно прирезать этого дикаря прямо здесь и сейчас было бы проще всего, пара секунд работы клинком, и проблема решена навсегда. Этот проклятый дунгак уже успел подробно разглядеть наш немногочисленный отряд, внимательно выслушал часть моих наводящих вопросов и, что самое паршивое, теперь наверняка догадывался о нашем решении сунуться именно в древнюю дренажную систему. Просто отпустить его на все четыре стороны означало своими собственными руками подарить засадному отряду врага идеального, информированного гонца, который немедленно наведёт на нас ещё одну погоню. Тащить же этого ублюдка с собой в качестве балласта означало добровольно взвалить на плечи группы ещё одну постоянную проблему, причём не скованную надёжными цепями рабского системного контракта и не приносящую нам даже той мизерной утилитарной пользы, которую время от времени генерировал Ги. Я в упор посмотрел на перепачканное, искажённое бессильной злобой лицо коротышки и физически ощутил, как единственно верное прагматичное решение с сухим щелчком встаёт на своё место в голове, напрочь отвергая любую красивую, но бесполезную гуманистическую мораль.