Прокатившись по дневному Токио, и простояв около часа в пробках, дуэт наконец-то добрался до паба Бельгийца.
Цучи очень не нравился подобный типаж заведений. Она вообще больше любила готовить дома! А алкоголь показался ей отвратным. Как-то они с Коперником сильно перепили. Ну, как перепили? Скорее — перепила, ибо огромному азиатскому шкафу было всё ни по чём.
Так вот, Цучи тогда не помнила, как Коперник нёс её домой. Почему-то он потом заикался и краснел при упоминании о том вечере. Говорил, что Цучи сильно перебрала… рассказывала о том, что хочет стать супергероиней. И о том, что ей нравятся блондинчики.
В общем, с тех пор Сержант Ханекава чётко для себя решила — больше никакого алкоголя!
— Останешься в машине? — поинтересовался Коперник: — Я могу сходить один.
— С ума сошёл? Нет, конечно! — возмутилась Цучи: — Мы же там были пару раз!
— Были. Тебе не понравилось.
— Знаешь, в работе полицейского мне много, чего не нравится. Но я же не прошу делать грязную работу за себя, верно?
— Хорошо. Я просто спросил.
Коперник был из многодетной семьи, поэтому часто проявлял заботу о близких. Например, мог купить обед, если Цучи забыла. Угостить кофе. Всегда подвозил домой. Да и вообще, был крайне чутким ко всем сослуживцам. Но если не знать подноготную и встретить Коперника (который обожал щеголять в гражданском) на улице, то можно знатно испугаться.
Со стороны он выглядел, как классический якудза! Чёрное пальто, солнечные очки, хмурая физиономия кирпичом, зализанная чёрная шевелюра и весьма широкие плечи. Истинный преступный самурай с огромным добрым сердцем.
Как только двери паба раскрылись, в нос Цучи тут же ударил аромат дешёвого алкоголя, курева и самой отвратительной кухни быстрого приготовления.
Матэуш, он же — Бельгиец — как и всегда, сидел в углу зала и неспешно читал газету.
Про этого криминального авторитета ходило много различных слухов. Кто-то говорил, что он подстроил покушение на Королеву Великобритании. А кто-то искренне утверждал, что Бельгиец был одним из русских террористов, которые воевали против семьи Романовых.
Однако сейчас Матэуш выглядел жалко.
Обвисшая старая футболка. Седина на некогда шикарной шевелюре. Обрюзгшая кожа с едва заметным серым оттенком. Заплывшие от алкоголя и вечного недосыпа глаза.
Выдохнув облако сигаретного дыма, он тут же отложил газету и недовольно посмотрел на дуэт.
— Узнаёшь по шагам? — холодно спросил Коперник.
— Вонь от фараончиков чую за милю… — сухо ответил Бельгиец, и затушив окурок, вытащил новую папиросу: — Идём в кабинет. Не люблю, когда левак уши греет…