— Нет уж, — скорбно покачал головой Джордж Буш-старший, — трепыхаться будет себе дороже. Вы ведь просто убьете всех, кого я пошлю в бой, и скажете, что смерть этих людей лежит только на моей совести, потому что вы чисты и безгрешны, аки архангел Господень.
Архангел услышал, что говорят про него, и выглянул на мгновение посмотреть на того, кто поминает его всуе; зевнул (мол, ничего интересного) и снова ушел внутрь, общаться с энергооболочкой. От этого мои атрибуты ярко вспыхнули, а потом медленно угасли. Однако у моего визави впечатлений оказалось по самую маковку.
— А я и есть младший архангел, — сказал я погромыхивающим голосом. — Эта сущность начала расти во мне с того момента, как я вступил в должность Специального Исполнительного Агента Творца Всего Сущего. Впрочем, для вас это не имеет никакого значения. Вино налито, условия поставлены, пить или не пить — выбор за вами.
— Ну хорошо, — вздохнул президент Буш, старясь не встречаться со мной взглядом, — я выбираю капитуляцию. Вот только как сделать так, чтобы повоевать с вами не решил уже Конгресс? Не думаю, что ваш упреждающий обезоруживающий удар хоть сколь-нибудь поколебал наш проклятый двухпартийный консенсус — скорее, он разозлил наших джентльменов и отбил у них последние остатки инстинкта самосохранения. Любой комитет, а такой большой в особенности — это существо с множеством ног, при полном отсутствии мозга. По крайней мере, так считал мистер Черчилль, которому приходилось иметь дело с британским парламентом.
— Все джентльмены смертны, а конгрессмены еще могут быть смертны внезапно, — с мрачной торжественностью произнес я. — В тот момент, когда Конгресс вздумает опротестовать ваше решение о капитуляции или объявить вам импичмент, я проведу маленькую локальную акцию возмездия и изыму много понимающих о себе политических деятелей в свою службу безопасности на опыты. И мало кто вернется потом обратно. Я такое умею, вы знаете. И вообще, согласно Акту Капитуляции и Вассальной Присяге, которые вы подпишете, Конгресс и Законодательные собрания штатов прекратят существование, и продолжаться будет так до моего особого распоряжения. Вы при этом обретете статус пожизненного президента-наместника и будете править своей страной от моего имени столько, сколько отведет вам Господь — может, тысячу лет, а может, и две. Никакой данью я вашу Америку обкладывать не буду, и никаких оккупационных войск не пришлю. Но при этом помните, что у меня все под контролем: едва я замечу малейшие признаки подготовки к реваншу — и случится Второе Пришествие Божьего Бича, и не только лишь все смогут его пережить. Еще вашей Америке придется пройти через полное разоружение, распустив армию и военно-морской флот. Согласно условиям капитуляции вы сможете сохранить береговую охрану, национальную гвардию и полицейские формирования, а все остальное для страны, на которую никто не собирается нападать, я считаю излишним. Высвободившиеся деньги направьте на ремонт и капитальную реконструкцию транспортных коммуникаций, а то построены они у вас по большей части еще при Рузвельте, и если сейчас не принять экстренных мер, лет через двадцать они совершенно обветшают.