Однорукий слушал раскрыв рот. Такого про баланс он не знал, и никогда ни от кого не слышал. Да и мало кто об этом знал.
Однако, это было всё — Харт сказал всё, что хотел. История оказалась короткой. А потом вдруг он вспомнил слова Наставника — он ведь сказал «врожденный Баланс»? Тар’лах и сам так выражался, но это ведь значит…что Баланс есть и не врожденный?
Взгляд его скользнул по Старшему наставнику. Единственный среди гоблинов в Ямах, на ком не было ошейника, — он был свободным, жил и работал тут, потому что так хотел. Ему нравилось тренировать детей.
— И еще вот что, — сказал после минутного молчания черный гоблин, — Посмотри сюда.
Однорукий повернул правую ладонь. Измененную ладонь.
Если бы Тар’лах не сидел, он бы упал. От удивления.
Измененная Ладонь наставника была полностью опухшей.
— Да, Тар’лах, тем последним ударом мальчишка отбил мне ладонь. Давно мне по ней так не лупили. Я и забыл, что может быть так больно. И знаешь, хорошо что ты сказал мне самому с ним стать — таким ударом он мог кого-то из моих серьезно покалечить, если не больше.
Десяток мгновений они молчали. А Тар’лах вспоминал, какой же круг у Наставника? Шестнадцатый? Семнадцатый? Он точно не знал, об этом лишь слухи ходили.
— Ну и самое главное — ты их хорошо обучил, но достаточно уже с них кулаков, основы они знают, пришло время учить их драться оружием и…и пора им научиться использовать Кровь.
— А не рано?
— Тар’лах! Если я говорю тебе что-то делать, ты не спрашиваешь, а делаешь, понял?
Однорукий мрачно кивнул.
— Дети могут выйти на Арену раньше чем ты или я думаем.
— Но Айгур к товару относится бережно, он не станет терять попусту тех, за кого заплатил. А дети — это деньги.
— Если только их смерть не принесет еще больше денег.
Тар’лах побледнел.
— В смысле?
— В Тхер Гхоле, как я слышал, планируются большие Игры. А Игры — это всегда много смертей. Детских смертей.
— Как скоро?
— Не так и скоро, года через два — ты сам знаешь, что такие события в спешке не делают, туда приглашают слишком многих важных…особ, даже с Нижних ярусов. Пока это только слух, но кто знает… Так вот, с завтрашнего дня начинай тренировки с кровью, у особо бездарных детей это может занять больше года, а это слишком долго.
— Да, Наставник.
— Подучи этого мальца всем тем грязным бойцовским приемам, которые знаешь — слишком уж он прямолинеен, тот же Маэль изобретательнее. Балансом я сам с ним займусь, но не раньше чем через несколько недель.
— Сделаю. — кивнул однорукий.
— Остальные…посредственности. Только эти двое стоят внимания.
Однорукий сглотнул.