Однако зря он подумал что это все.
Как только однорукий заметил, что дыхание Зур’даха стало ровным, его вернули к мешку и заставили продолжать.
Идти по Подземелью было намного легче… — горько подумал гоблиненок.
Продолжалось истязание, вернее избиение мешков часа три. За все это время наставник разрешил им сделать пять перерывов. Остальное время он заставлял их выкладываться на полную, пока они не валились на пол не в силах даже стоять.
Зур’даха же гонял он особо интенсивно, зная о его седьмом круге, и соответствующей выносливости.
— Закончили на сегодня! — щелкнул хлыстом по полу однорукий, когда гоблиненок в очередной раз упал без сил. ОН было представил себе, как доползает до жесткой циновки и отключается. Эта мысль согрела его.
— Все за мной!
— Это всё, как думаешь? — спросила Кайра, опирающаяся на него, когда они ушли с площадки.
Зур’дах пожал плечами.
— Не всё. — вклинился в и разговор один из мальчишек, идущий справа от них.
— А что еще осталось? — спросил уже Тарк.
Мальчишка только хотел ответить, как окрик однорукого заставил его вжать голову в плечи и умолкнуть.
— Молчать! Что я говорил? Пока мы на тренировках — никаких разговоров. А мы еще на тренировке!
Они прошли несколько тренировочных площадок, миновали несколько десятков домов, а потом…потом вышли на пустой участок пещеры сразу за строениями. Однако, пустым он конечно же не был: впереди простиралось пустынное пространство, усеянное большими рукотворными кратерами, каждый шириной с полсотни шагов. Выглядело так, будто кто-то когда-то пытался выдолбить в камне пола миску. Огромную миску. И не одну.
Глубиной эти кратеры были более двух ростов. Так что выбраться оттуда без посторонней помощи было бы непросто. Стены кратеров были идеально ровными.
Остановка произошла уже после первого.
— Ямы… — прошептал кто-то рядом.
— Какие это Ямы⁈ — возмутился вдруг Тарлах, прекрасно все слышавший, — Это — бледное подобие Ям.
Едва их группа подошла к краю углубления, как оттуда донесся громкий звон цепи.
— Что это? — с легким страхом в голосе спросила Кайра.
— Шустряк? — позвал тварь однорукий, наклоняясь к краю Ямы.
Видимо это и есть Шустряк, — подумал Зур’дах.
Еще через мгновение, вслед за звоном цепи раздалось громкое и недовольное урчание.
— Проснулся, — раздался голос одного из детей. Все они оказались у края Ямы и заглядывали внутрь. Не все правда: часть тех, кто тут был уже, видимо, не раз, не испытывали никакого интереса к существу внизу.
— Мерзкая тварь. — выдохнул мальчик рядом.
— Да уж получше тебя будет, — ответил однорукий.