Обычно такие вещи даже в клановых гвардиях были запрещены как класс. Но клятва опричника давала некоторые привилегии.
Девочка же, задумчиво откусив кусочек мороженого, принялась быстро его жевать, «обжигаясь» холодным лакомством.
— Не торопись, Фэнг.
Рука Павла невольно сжалась в кулак. Он знал, как именно формируются подобные рефлексы.
— Доешь спокойно.
Парень действительно не собирался торопиться. Особенно ради «гостя». Строго говоря, если бы не личная просьба Тун Яо… Он бы все равно использовал этого человека в своих целях. Но все было бы куда грубее и жестче. «Без всякой смазки!» — как порой говорила Тишь.
Но и миндальничать клановец не собирался. Во всяком случае, возможность дать Фэнг доесть мороженое он ценил куда выше, чем время «подконвойного».
Девочка, глянув на лакомство, притормозила. И даже открыла рот, чтобы продышаться, старательно махая маленькой ладошкой. Кусок она откусила явно не по зубам.
— Не торопись! — мягко улыбнулся парень.
Младшая сестра Цзинь Вэй оказалась на редкость жизнелюбивым человеком. И заключение у «хунхузов» ее не сломило. Хотя Павел часто замечал его признаки. Как сейчас, например. «Ешь быстрее, а то могут отобрать!» — вот о чем говорила поспешность Фэнг. И всякий раз Волконскому хотелось второй раз убить ублюдка Лю Фэна.
Хотя, если верить словам Хули-Цзина, ему и так в последние моменты жизни пришлось непросто.
Тун Яо на этот счет хранила молчание.
— Все? — поинтересовался Павел, едва девочка доела.
Фэнг обстоятельно прислушалась к внутренним впечатлениям и солидно кивнула.
Волконский тут же сделал знак гвардейцам в штатском. Один из них слегка подтолкнул «гостя».
— Добрый день, Николай Андреевич! — негромко хмыкнул Павел.
Горевой кивнул. Но смотрел только на Фэнг. Младшая Тун тоже его узнала. Хоть и виделись они единожды. И недолго. Возле небольшой торговой площади в Красноуральске, когда Цзинь Вэй «попросила присмотреть» за своей сестрой.
— Это дядя Николай, — негромко представил молодой человек.
Девочка вздохнула. Имперские имена ей давались хуже всего. И дело было даже не в произношении. Она владела русским языком неплохо. А уж после работы со спецами-логопедами, так и вовсе было сложно расслышать хоть какой-нибудь говор в сравнении с ребёнком того же возраста, всю жизнь прожившего в империи.
Знания младшая сестренка наемной убийцы впитывала почти мгновенно.
— Меня зовут Тун Фэнг, — тут же включилась девочка. — В этом году мне исполнилось девять лет. Как мне вас называть?
Волконский качнул головой. Слова на русском «младшая сестренка» произносила прекрасно. А вот построение фразы все равно оставалось ханьским.