Иван с трудом поднялся. Не с первого раза. Ноги тряслись так, что с трудом удерживали тело. И да, это был страх.
Хозяин кабинета пробежался взглядом по массивным книжным шкафам из темного дерева, чуть задержал взор на гобелене с изображением семейного древа и, наконец, уставился на визитёра немигающими глазами.
Тишина длилась около минуты. Иван даже не сразу сообразил, что не дышит.
— Зачем ты пришел сюда? — спокойно спросил спикер.
Судорожно вдохнув, мужчина согнулся пополам в поклоне.
— Я не хочу убивать родичей! — прокричал он полу, не смея поднять глаз.
Ему действительно казалось, что стоит посмотреть на господина, и ноги не выдержат его веса. Колени тут же ответили тупой болью. Падение ниц не прошло без последствий.
— Вот как, — совершенно спокойно оценил сказанное хозяин кабинета.
Дрожь вновь пробежала по телу мужчины. Во рту пересохло. В голове помутнело. Однако он не смел выпрямиться.
— Похвальная позиция, — констатировал Михаил Павлович, поднимая один из десятка выложенных перед ним карандашей.
Каждый из них заточен до игольной остроты собственноручно. Однако этот, казалось, имел какой-то изъян.
Изучив карандаш внимательно, спикер привычно достал нож для заточки и принялся аккуратно «снимать стружку» с точностью, иным хирургам недоступной.
— Справедливая позиция, — выдохнул он, вновь оценивая остроту карандаша.
Полюбовавшись на свою работу несколько секунд, Михаил Павлович направил лезвие на стоящего перед ним мужчину.
— Но где же была твоя принципиальность, — спросил он. — Когда ты брал у меня деньги на «красный»? Где была совесть, когда ты участвовал в игрищах «Свободы воли»? Напомнить, какое задание ты получил тогда?
Мужчина покивал головой столь яростно, что мокрые от пота волосы растрепались на влажном лбу.
— А когда ты?..
— Хватит! — почти крикнул Иван.
Хозяин кабинета замолчал. Тогда «этому сопляку» поручили убить члена клана. Выбор пал на Стасю — одну из дочерей казначея. Ей было семь. Конечно, никто простому исполнителю и близко не сказал, зачем именно это было нужно. Зато у Михаила Павловича догадки были.
Убийство не случилось. Исполнитель сломался. Его едва не приговорили свои же, когда он не смог нажать на курок в нужный момент. Тогда спикеру удалось вытащить парня из передряги. Не полностью закрыть вопрос. Нет. Но сделать его на пару лет… менее актуальным. Естественно, жертве обработки о том знать было ни к чему. А за это время Михаил Павлович собирался выжать из неожиданного ресурса. Срок службы подобных «кукол» редко превышает и год. Потом они либо ломаются, либо уничтожаются.