Голос Павла разнесся по палате.
Девушка не отреагировала.
— Реснички дрожат, Алена Ильинична, — спокойно заметил клановец, на миг представив себя героем анекдота: «А если гранатой проверю⁈».
О, чудо! Под давлением аргументов пациентка ожила. И даже вполне осмысленный взгляд продемонстрировать изволила.
Вообще-то, девушка пришла в себя минут пятнадцать как. О чем Кошкина тут же и сообщила сюзерену. Однако все это время несостоявшаяся убийца старательно делала вид, что еще находится в глубокой отключке. В общем, разумно. Если бы не одно «но».
— Ты действительно думала, что это сработает? — мягко поинтересовался Волконский, намекая, что девушка тут даже высморкаться не сможет без его ведома.
Чуток сомнения в контроле ситуации пациентке не повредит.
— Где я? — спросила она.
И тон ее был очень даже тверд.
— Неважно, — качнул головой Павел, которому просто жалко было времени объяснять, что это за место.
Да и чуть дезориентации в пространстве девушке не повредит.
— Итак, мои люди извлекли из твоего тела три пули, — спокойно произнес Волконский. — Ты потеряла много крови, пострадали легкое, задето сердце, перебиты мышцы на правой руке.
Алена слушала внимательно. Но сама рот открывать пока не спешила.
— Сейчас твоей жизни ничего не угрожает.
Девушка кивнула, принимая объяснение.
— Реабилитацию начнем через два дня. Тогда же будет принято решение о косметологическом вмешательстве.
На последних словах Алена навострила ушки.
— Да, сестренка, — хмыкнул Павел, достаточно демонстративно показывая, как именно относится к их далекому родству. — Если в тебя попадает пуля, то, представь себе, появляются входные и выходные отверстия. В тебе три первых и два вторых.
Пациентка задумалась.
— Одна из пуль застряла в легком, — объяснил он такое «неравенство». — Наши целители извлекли ее шесть часов назад. Кстати, можешь гордиться. Оба твоих лечащих врача носят фамилию Кошкиных.
Алена не шелохнулась. Хотя попасть на прием к Адольфычу даже в клане Волконских могли далеко не все.
— Возможно, тебе интересно, что именно я собираюсь с тобой сделать?
Взгляд девушка не отвела. Ни на миг клановец не заметил в ее поведении потери самообладания.
— Ни-че-го, — по слогам сам себе ответил парень. — Но с этого дня ты работаешь на меня. С чем именно тебя и поздравляю.
Глазки Волконской сверкнули. Всего на миг. Но этого было достаточно.
— Понял, — согласно кивнул он. — Ты думаешь, что у тебя есть выбор? Поверь мне, это не так.
Взгляд Алёны Ильиничны застыл. Не привыкла жительница «этажей» к такой откровенности.
— Тебе письмо, — коротко объявил Павел, доставая из внутреннего кармана сложенный вдвое листок из блокнота.