20 часов спустя.
— Где шлялся?
Павел едва не задохнулся. В иных ситуациях Катерина могла себе и грязное словечко позволить, а то и вовсе выдать такое, что портовую шлюху в краску вгонит. Но чтобы посреди стартового поля у всех на виду «шпынять» сюзерена… Такого он не припомнил.
Впрочем, поблизости не было никого. Так что вопрос прозвучал «для тонуса». Не более того.
Волконский обернулся. Лицо секретаря осталось бесстрастным. Лишь в глазах сверкали лукавые искорки.
— Зато как проснулся сразу… — произнесла одними губами блондиночка.
И позволила себе мимолетную едва заметную улыбочку.
Однако ответить Павел ничего не успел. Ожила силовая установка глайдера. Турбины техномагических движителей моментально взвыли. Однако высокий, резкий звук тут же опал до довольного урчания работающих на холостых оборотах установок.
Однако для того чтобы донести свою мысль до собеседника, теперь пришлось бы сильно постараться.
«Может, оно и к лучшему!» — оценил перенос «серьезного разговора» клановец.
По плечу хлопнули. За гулом движителей Павел не услышал, как подошел Сергей.
— Любуешься собственным секретарем, — то ли спросил, то ли констатировал курсант, покачав головой.
Выглядел он не очень. Примерно за километр можно было понять, что «гений» не выспался. А лучше всего его состояние описывал термин «заездили».
«Возможно, я выгляжу не лучше!» — решил парень, припомнив, что все «манипуляции» с бодростью его тела в исполнении целительницы носили очень частичный характер.
— Допустим, — серьезно кивнул клановец.
Они добрались до Особняка под вечер. Следующего после лесного пира дня. И тут же стало ясно, что отдых кончился. Уже через пять минут после получения Павлом первых докладов от Катерины, Светланы, Горевого, «теневого» и официального правителей как Красноуральска, так и всего прилагающегося региона, Сергей тут же был отправлен готовиться к вылету. А в системе начал отчет до момента «Х» таймер с «заводом» на семьдесят два часа.
Возможно, Сергей хотел спросить что-то еще. Однако, глянув в глаза брату, только кивнул и направился к транспорту. До блокады мертвого узла оставалось всего несколько суток.
Глайдер взмыл свечой в небо, едва поднялась аппарель пассажирского модуля.
Катерина и Павел проводили летучую машину долгими взглядами.
— Перекусишь? — только и спросила блондиночка, в планшете которой всегда хранилось актуальное расписание сюзерена.
Павел даже ответить не успел, а умненькая блондиночка ровно доложила:
— Машина будет готова к 19:00. Можешь успеть принять душ.
Павел, уже развернувшийся к дому, чуть притормозил.