♠Герцогиня из приюта♠
Одна короткая минута может определить всю дальнейшую судьбу, особенно когда терпеть дальше нет никаких сил… Но это если повезет вовремя очнуться, как мне, например.
Я попробовала слегка потереть виски — не помогло. Ясность не приходила. Вместо нее кружилась голова и жутко хотелось пить. Я сидела на софе, заваленной подушками со множеством кистей, и вяло перебирала бахрому. Однако я помнила главное — надо продолжать притворяться.
— Как думаешь, она что-нибудь соображает? — спросил Патрик де Труи, советник мужа, который иногда неделями гостил у нас в поместье.
— Уверяю тебя, она сейчас, как цветок, который колышется на ветру. Я проверял это средство много раз. Действует безотказно, — а это сказал мой супруг Роберт.
За пять лет брака Богиня не дала нам детей. Довольно долго я пребывала в иллюзии, что это наша единственная проблема
— Безотказно — это хорошо. Не хотел бы я получить визжащую фурию в самый неподходящий момент.
Маркиз де Труи, говоря это, наверняка, улыбался. У Патрика широкая располагающая к себе улыбка. Он нравился женщинам. Роберт на балах иногда показывал мне его пассий. Но в последние годы я выходила все реже, а сплетнями не интересовалась от слова совсем.
— Не переживай. Вероятность осечки близка к нулю. Но если что-то подобное случится, то выпьет другую микстуру и заснет. Последние десять часов начисто исчезнут из памяти.
С теми же интонациями герцог объяснял гостям за обедом, почему индейка полезнее жареных перепелок. Если мы обедали вдвоем с мужем, то, наоборот, почти не разговаривали.
— Барабье присоединится? Он тоже хотел… поучаствовать. Говорил мне, что уже внес тебе всю сумму. С герцогиней… такое же запомнится на всю жизнь. А Изабель, несмотря на ее болезнь, по-прежнему весьма мила.
«Я здорова! — хотелось заорать мне. — А ты, подлец, который пользовался моим гостеприимством и сейчас готов совершить преступление. Более того, ты знаешь, что это оно, но уже придумал себе кучу оправданий».
Но я молчала. Впервые за эти недели мысли получались довольно складными. Это все шок… Роберт, как маг, всегда был сильнее. А сейчас заставить меня принять еще одно «лекарство» — для него так же просто, как раздавить комара.
— Барабье хотел бы избежать огласки. Да и двое любовников сразу, это, пожалуй, перебор для нашего скучного общества. Не все газеты возьмутся описывать скандал и ограничатся парой фраз… Когда к вам зайдут, ты задвинь ее назад своим телом и сделай глупое лицо. Ты же умеешь.