Убрав добычу в карман, я осмотрелся в поисках ещё чего-нибудь интересного. В этой ячейке больше ничего не нашлось. Сам «объект» был, так сказать, в чём генетики родили. Нисколько не удивлюсь, если выяснится, что он вообще в какой-то субстанции плавал, которая давно высохла. Чпокала крышка так, будто когда-то была герметичной.
Я посмотрел по сторонам в поисках других сохранившихся ячеек. Парочку приглядел на другой стороне колодца. А ещё, кажется, придумал, как буду вытаскивать мелкого. В качестве переноски отлично подойдёт крышка, на которой я сидел. Надо просто придумать, как её выломать. Учитывая состояние соседних, они точно ломались, просто надо всё продумать, чтобы не получилось как с тем суком, на котором висишь. Ну и нужно будет найти верёвки, то есть лианы, из которых можно что-нибудь сплести.
Дальнейший подъём показался проще. Перебираясь по открытым ячейкам, я перехватывался за заботливо вбитые ржавые скобы. Доверия они не вызывали, но следовало проверить. Без них подъём мелкого станут ещё труднее. Две рассыпались у меня в руке, а одна в ней осталась, когда рассыпалось всё остальное.
Суммарно весь подъём занял у меня почти два часа. Медленно, но верно. И чем выше, тем сначала медленнее, а потом сильно быстрее — с поверхности донёсся аромат жареного мяса. Как оказалось, Оса времени зря не теряла! И когда я, наконец, высунул голову из инкубаторного колодца, то увидел очень запущенный, заросший старый лагерь археологов и… костер! А над ним — самодельный вертел и двух толстых птичек с золотистой корочкой.
Дальше, мне кажется, запах сам уже меня вытащил из дыры. И округу за пределами лагеря археологов я рассматривал, жадно обгладывая обжигающую птичью ножку. Жёсткую, пересушенную и подсоленную только моими слезами.
— Ну как? — с интересом спросила Оса.
— Очень вкусно, — практически не соврал я. — Никогда ещё не ел ничего подобного.
— Их полно здесь, вообще не пуганные, — улыбнулась Оса. — Лагерь очень давно стоит пустой. Всё ценное, к сожалению, вывезли.
— Никогда не угадаешь, что может оказаться ценным в данный момент… — ухмыльнулся я.
Археологи оставили нам одну палатку, правда, дырявую, несколько ржавых бочек, трухлявые ящики и просто мусор: битые стекла, сломанная пила, стулья — всё это было брошено в небольшой долине, закрытой со всех сторон высокими горами. На севере виднелся перевал, к которому вела узкая лента плотного кустарника. Деревьев было мало, и они выглядели намного моложе, чем остальные.
— Там раньше была дорога, — сказала Анна, заметив мой взгляд.