В руках с чешуей по локоть он нёс по тяжелому мусорному мешку. В большом вполне можно было тело вынести. Но, к счастью, плотно завязанные пакеты ничем не пахли.
Санитар прошёл несколько метров, остановившись посередине между больницей и помойкой, и с кряхтением, раскрутив один мешок, бросил его в мою сторону. Попал чётко в центр контейнера, похоронив, наконец, руку мутанта. Крутанулся, словно молот метать собрался, и зашвырнул второй мешок. Уже не так метко — просвистело и над контейнером, и надо мной, врезавшись в забор.
Проверять, куда что улетело, санитар не стал. Как был спиной ко мне, так и пошёл обратно в больницу. Размялся по ходу, немного потанцевал, боксируя с тенью. Сам себя объявил победителем, и сам же порадовался, продемонстрировав бицуху воображаемой толпе.
Я раньше думал, что это Ульрик здоровый мужик. А оказывается, наш кузнец, так — середнячок. Санитар тем временем поднялся по ступенькам и готовился втискиваться обратно в дверь. Прям аж вздохнул, бедолага, — так ему не хотелось обратно в тесноту. Но ничего, справился: вжал голову в плечи, повернулся боком и запустил своё тело в движение.
Как, впрочем, и я. Только у нас всё это происходило совершенно по-разному. Там кое-как протискивалась масса, а тут со всех ног неслась скорость. Я слышал шаги очередного патруля, но надо было рискнуть. Активировал «Спринт», не снижая маскировки и додавливая «Аурой тишины», и серой размытой тенью проскочил открытый участок. Взлетел по ступенькам и сел на хвост бугаю ровно в тот момент, когда он пересёк дверной проём и разгибался, вытягивая голову и распрямляя плечи.
Я втолкнул его внутрь, взобрался по его спине, как по ступенькам и, прежде чем он хоть что-то понял, воткнул штык ему в ухо. И прижал к стене, чтобы туша тихонечко по ней сползла. Нежно опустил его на пол, отмечая, что других санитаров в коридоре нет, и прикрыл дверь практически перед самым носом патрульных.
Фух! Войти — вошёл. Осталось теперь выйти.
Вот никогда раньше особо не верил во фразу, что пуля дура, а штык молодец. А гляди ж ты, на ура зашло! Я с усилием вытащил штык и протёр его о рубашку санитара. М-да, даже не испачкал её, насколько она уже была грязная. Как, собственно, и пол со стенами.
Больничный коридор выглядел мрачным. Стены, бывшие белыми в момент открытия больницы, сейчас позеленели. Бледно-зелёный свет, трещины на штукатурке — всё выглядело так, будто самым больным здесь было само здание. Плюс следы крови на полу и стенах.
Я пригляделся к бурым пятнам и передёрнул плечами. Бр-р, хрень какая-то! У меня появилось странное ощущение, что пятна смотрят на меня в ответ. Отростки этой плесени подрагивали, будто пытались до меня дотянуться. Но нет, показалось. Это просто лёгкий ветерок прошёлся по коридору, растревожив эти микроорганизмы.