Управляться с такой тяжёлой бутылкой было неудобно, но всё получилось нормально. Пока наливал, иногда поглядывал на Каиру. Она нередко смотрела на меня и почти всё время загадочно улыбалась. И, по-моему, это раздражало Риллиан: судя по её поведению, теперь из-за своего нового образа она переживала куда меньше, чем из-за этих взглядов. Сейчас ей явно было важно, чтобы Каира перестала на меня смотреть. Но сделать она ничего не могла. По крайней мере, пока.
— Гарри, а расскажи, как у вас выпивают, когда сидят в компании? — поинтересовался брат Риллиан, когда у всех уже было налито.
— Тебе правда интересно? — удивился я его любознательности.
— Интересно.
— В целом, ничего сложного, — ответил я, замечая, как Каира улыбается ещё шире, будто заранее знает, что я скажу дальше. — Если это обычная встреча без повода, то любой желающий может произнести какую-либо речь — пожелания или что-то ещё, затем бокалами или стопками стукаются, чтобы они зазвенели, и выпивают за сказанное. В следующий раз речь может сказать кто-то другой. Это называется тост.
— А мне нравится! Звучит интересно! — оживился брат Риллиан и вопросительно оглядел девушек. — Попробуем по-человечески? Ну не осудят же нас за это, в самом деле! С нами ж человек за одним столом! Мирный, что важно!
— Чужие обычаи у нас не приветствуются, — осторожно заметила Каира, — но я готова попробовать. Могу даже первой сказать речь.
— После этого точно всё будет нормально? — спросил я, взглянув на Риллиан.
— Да. Сегодня мы можем себе это позволить. А если будут у кого-то вопросы — всё объясним.
— Ну тогда давайте начинать.
Каира так настаивала на том, чтобы произнести тост первой, что мы не стали ей отказывать. И что меня удивило — говорила она уверенно, без запинок, словно делала это уже не раз. Ни тени сомнения, ни смущения.
После её слов о том, что мы выпьем за столь необычный вечер, и пожеланий всем здоровья, удачи и успехов, мы чокнулись. Правда, брат Риллиан отличился, не до конца поняв, что это делается без применения силы. Он едва не разбил наши стопки — стекло громко звякнуло, часть содержимого пролилась на стол. Благо всё обошлось, и я тактично объяснил, что не нужно так сильно стукать, достаточно лёгкого касания, чтобы был слышен звон.
Наш стол на мгновение привлёк внимание соседей: несколько ламий обернулись, но никто не посмел что-то возразить, и все продолжили отдыхать, будто ничего не произошло.
Зря я сомневался в качестве этого крепкого напитка. Несмотря на то что он оказался явно крепче той же водки, пился на удивление мягко и легко, согревая горло и растекаясь теплом по желудку. На вкус — что-то напоминающее кокос, фундук и сладковатые цветы. При этом напиток не был приторным, и женским его уж точно не назовёшь.