Интересно другое: за два дня я так ни разу и не видел инженеров на стройке, хотя ожидал, что именно там и пересекусь с отцом Мины. А он, как мне известно, — один из них. Придётся аккуратно выяснить у неё, за какой кристалл он отвечает. Возможно, получится обойти всё с другой стороны. Времени только впритык.
Покинув свой остров и направляясь к дому Мины, я усмехнулся про себя: похоже, свидание это будет не совсем обычным, больше похожим на операцию по добыче нужной информации. А что поделать, если надо?
Не менее всего меня волновал один вопрос — почему мы вообще побывали в висячих садах безо всякой скрытности? Ведь нас могла увидеть не только Ноктира, но и кто-то ещё. И при этом Мина сама просила, чтобы я никому не рассказывал. Странно.
Уже зная местные порядки, я подошёл к дому и просто коснулся двери, послав лёгкий импульс.
Спустя несколько секунд дверь открылась, — точнее, не открылась, а магически растворилась — и из неё кто-то вышел. Не Мина.
— Добрый вечер, — вежливо поприветствовал я высокого светловолосого ангела. Телосложение у него было неожиданно крепкое для магического инженера. — Меня зовут Гарри. Я пришёл к Мине. А вы, если не ошибаюсь, её отец?
— Добрый, — ответил он глухим басом. — Да, вы правы. Я уже о вас наслышан, Гарри — и от дочери, и о вашем сегодняшнем поступке на стройке. Это похвально.
К моему удивлению, он даже протянул мне руку. Я пожал её — и сразу почувствовал, насколько у него сильная хватка. Если б не успел усилить свою физическую силу, он бы мог легко отдавить мне кисть, а то и сломать пару костей. Представляться по имени он, конечно, не стал. Зато обращался ко мне уважительно — на «вы».
— Благодарю, — ответил я. — Я всего лишь поступил так, как считал нужным.
— Что бы вы ни говорили, подобные действия я оцениваю высоко. Не ваше это было дело, но вы постарались, рискуя, между прочим, жизнью, — отметил он и вдруг сменил тему: — Куда вы собираетесь с Миной?
— Живые пруды. Я там не был, но один новый знакомый подсказал это место.
— Прекрасный выбор, — сказал он задумчиво. — Вы знаете, что у нас не приветствуются связи с чужаками?
Я ожидал, что рано или поздно мне кто-нибудь это скажет. Но услышать подобное от отца Мины было крайне неудобно. Ну и что ему ответить? Что я знаю — и всё равно продолжаю?
— Да, слышал такое, — всё-таки признался я.
— И?
— Но мне очень нравится ваша дочь. И если правильно понимаю, «не приветствуются» — не означает, что такие связи запрещены.
Было непросто говорить это отцу Мины, глядя ему в глаза. Взгляд у него был тяжёлый, спокойный, но читаемый с трудом — ни враждебности, ни одобрения. Но и мне врать не хотелось — только прямой ответ. Тем более у них генерал, насколько я понял, наполовину человек. А раз он занял столь высокий пост, значит, к подобным союзам здесь относятся не так уж плохо.