И почувствовала, как ее потащили прямо в навозную кучу.
— Эй, эй, отпусти меня! — закричала она, но было поздно, а стоило ей пнуть сплетение лиан, как цветочек возмутился еще больше. Сирена продолжала вопить, страшно нервируя как центральный бутон, так и каждый отросток.
Рывок, и девушка взмыла в воздух.
— Не-е-ет! — крик потонул в сигнале тревоги.
Сперва монстр дергал турельщицу из стороны в сторону, беспорядочно мотылял, но потом начал крутить ее над головой, как пращу.
Переплетение растительных побегов визжало каждой пастью, а пузатый бутон снова открыл клыкастый ротик. Из его утробы несся низкий угрожающий рев. Казалось, что монстр собирается сожрать девушку, как уже много кого сожрал.
— Цветочек, аккуратнее! Ай! — ангорийка не удержалась на бутоне и дрюпнулась в навозную кучу. — Фу-у-у! — протянула она и попыталась подняться, но только снова поскользнулась.
Если бы турельщица сейчас стояла на своих двоих, она бы углядела в этом вселенскую справедливость.
Но Шондра не стояла.
Она летала!
— Отпусти-и-и! — вопила девушка, а ее длинная коса со свистом рассекала воздух.
Когда монстр только вздернул ее, в самый первый момент, она ощутила щекотку испуга в животе. Сейчас ее кишки сплелись в такой клубок, что лианам цветочка и не снилось. Потолочные панели со светильниками мелькали перед глазами с угрожающей скоростью, и темп продолжал увеличиваться.
— А-а-а!!! Твою ма-а-а-а-ать!!!
На руке Шондры начал пиликать коммуникатор. Как же вовремя!
Несмотря на панику, турельщица не забыла, что сигнал тревоги означает нечто плохое, а потому попыталась ответить на вызов. Но воздушная акробатика сильно мешала ей попасть пальцем по кнопочке.
Лиана набирала скорость, и Шони, словно героиня из детских мультиков, описывала круги в воздухе.
Снова, снова и снова. Вжик, вжик, вжик!
От этой карусели ее начинало подташнивать, она даже попыталась закрыть глаза, но стало только хуже.
Резинка слетела с косы. Ее черные волосы начали распускаться, превращаясь в помело. Девушка летала по комнате и фонтанировала отборнейшим армейским матом, а внизу бегала Сэша, отчаянно дергая хвостом.
— Цветочек, ты что делаешь⁈ — кричала она вначале, но зеленый гигант только наращивал обороты.
Каждый новый круг вызывал дикий ужас, но постепенно Шондра начала чувствовать себя участницей какого-то неуклюжего циркового представления. Испуганный вопль перерос в истерический хохот.
Коммуникатор на ее руке не унимался, трезвоня еще громче. Каждый раз, когда капитан пытался дозвониться, Шондра, размахивала руками и пыталась совершить невозможное — ответить на звонок в середине безумного полета.