— В таком случае, мистер Максвелл, — посол впервые обратился к моему спутнику, — я прошу решить вопрос с временным перемирием сроком на семьдесят два часа с вашим руководством, на время, пока я консультируюсь с Землёй, а вы решаете внутренние проблемы. Ибо как я понял, сеньор Шимановский не является должностным лицом.
— Вы поняли совершенно правильно, мистер Ван, — кивнул Доминик.
— Я не могу вернуть вам посольство в пользование пока война, — а это взял слово я, — но вы можете привлечь к работе на постоянной основе несколько техников и минимальный обслуживающий персонал, необходимый, чтобы вы держали связь с руководством в Белджинге. Я снимаю с посольства временный арест при условии ограничения функционала.
— Благодарю вас, сеньор Шимановский, — итоговый кивок мистера Вана. И, кажется, мы расстанемся на хорошей ноте.
— Ну всё, я во дворец. Без её высочества наши договорённости ничего не стоят, — задумчиво произнёс Доминик, когда мы выехали за территорию. Мистер Ван остался, вызвав к себе несколько десятков человек персонала. Там, во-первых, находится передатчик, а во-вторых… Ему ж нужна будет в том числе и охрана. Которую он тоже вызвал. И куча помощников. Аналитики, шифровальщики, сборщики информации, «мальчики для бумажек». Ладно, бог с ним — пусть работают. Если дело выгорит, я сэкономлю жизни тысяч парней, а это стоит того.
— Конечно. Привет передавай, помахал ручкой я, непроизвольно вырвалось. — Она будет пытать, как прошло, какие твои личные впечатления — можешь говорить всё, что считаешь нужным. Главное донеси, я не враг.
— Постараюсь. — Он опустил голову. — Но тут уже обещать не могу, ваши личные тёрки — только ваши.
Подумав, он улыбнулся и произнёс с задором:
— Хуан, ты не дипломат. Тебе нельзя в МИД.
— Да ладно! — весело хмыкнул я. — Правда? А так хотелось…
— Ага. Но я с огромным удовольствием поучусь у тебя дипломатии, а ещё поработаю под твоим прямым руководством. Это… Полезно. Когда ты говорил, я аж голову в плечи вжимал. Каждое слово — словно молотком по гвоздю. Это… Круто, наверное.
— Посмотрим. Ещё повоюем, — произнёс я и активировал люк. Пора переходить в свою машину и ехать за Максом. Он отрапортовал, что есть успехи, нашёл «саботировавшего работу КСО козла». А прощать я никого не собираюсь, ибо… Великодушие — признак слабости, а я — адепт этого грёбанного жестокого мира Гортензии.
Я клянусь что стану чище и добрее
Глава 8. Я клянусь что стану чище и добрее
В чистом разуме нет места сомнениям
Девиз Империума, WH40К
Макс с братвой стояли внизу, у входа, и ждали «высочайшего решения». Ибо это уже не его уровень. И никакое «Братство» тут не поможет.