— Так-ак, — пробормотал его обладатель густым басом. — Проверим зрачковый рефлекс…
Он посветил мне в глаза фонариком, я зажмурился.
— Превосходно реагирует! — обрадовался седоусый. — Пациент, вы меня слышите?
— Слышу, — буркнул я.
— Как ваше самочувствие?
Я прислушался к своим ощущениям. Голова гудела, а к горлу подкатывала тошнота.
— Мутит, — признался я. — Как с похмелья…
— Вам повезло, батенька, — сказал врач. — Можно сказать, что вы родились в рубашке. Удар, видимо, пришелся по касательной, да еще и волосы смягчили.
— Удар? — удивился я. — Какой еще удар?
— Не помните?
— Нет…
— А что помните последнее?
— Ко мне подошли в темноте трое или четверо… — начал припоминать я. — Попросили закурить…
— Вот кто-то из них вас по голове и огрел… — не дождавшись иных подробностей, сообщил седоусый. — Ну хватит воспоминаний… У вас, похоже легкое сотрясение головного мозга. Так что придется несколько дней провести в больнице. Вам показан покой.
— А как же работа?.. Жена… Мама… Они будут волноваться.
— У вас есть домашний телефон?..
— Есть, только я сейчас номера не помню…
Доктор нахмурился, и я напрягся. Еще решит, что у меня не легкое, а тяжелое сотрясение мозга.
— Но я вспомню, доктор! — поспешно пообещал я и зачем-то добавил: — Мне недавно установили телефон…
— Адрес помните?
— Адрес?.. — переспросил я. — Кажется — помню… Октябрьской революции… двадцать три, квартира тринадцать…
— Вот и замечательно! — сказал врач. — Не беспокойтесь, мы сообщим вашей семье… А пока отдыхайте…
Лицо отодвинулось. Я услышал, как доктор что-то вполголоса говорит девушке — видимо медсестре. Потом прозвучали шаги, раздался щелчок и стало темно. Кто же это шарахнул меня по башке? И что было потом?.. Ничего не помню… Мысли мои путались, а сознание уплывало… Видимо, я попросту уснул… Проснулся от того, что в палате снова зажегся свет. Вошла сестра. Я увидел ее через приоткрытые щелочки век. Девушка наклонилась надо мною, и я смог увидеть ее декольте… Хм, недурно…
— Как вы себя чувствуете? — спросила она.
— Неплохо, — пробормотал я. — Голова только болит…
— Сейчас я вам сделаю укол…
— Спасибо…
Медсестра обследовала локтевые сгибы, выбирая вену, куда можно будет вколоть обезболивающее. Правая рука ей понравилась больше левой. Она перетянула ее жгутом выше локтя и велела:
— Поработайте кулачком!
Я принялся сжимать и разжимать пальцы.
— Зажмите кулак!
Я подчинился. Девушка стала гладить пальчиком место сгиба, потом ловко всадила во вздувшуюся вену иглу. Шприц в ее руке был стеклянным, многоразовым и достала она его из продолговатой металлической коробочки для стерилизации. Сделав укол, сестричка перевязала сгиб моего локтя, забрала коробку и вышла из палаты, погасив свет. Головная боль стала проходить, и я снова уснул. Когда я опять проснулся, в палате было светло от того, что наступило утро. Все это время я провел на спине, отчего она затекла. Я осторожно повернулся на бок.