Феникс — Ринат Тактарин

— Ну ты долго дрочить будешь, начальник⁈ Давай уже, я заждался! — заметив на груди вертухая огонёк видеорегистратора, продолжил. — Павлик, лучше бы ты на психолога потратился, глядишь, и поможет. А так деньги на ветер, кормишь вертухая — садиста!

— Сука, Сазон, писец тебе! — прошипел тот. Клацнул замок.

Копытов — опытный садист, всегда знает, как воздействовать на жертву, обычно заходит медленно, растягивая удовольствие, улыбка на всю рожу, дубинкой поигрывает. В этот раз программа дала сбой, заскочил как метеор. Первый удар прошёл мимо, дубинка пролетела в сантиметре от плеча, я не собирался подставляться, облегчая задачу ублюдку, заскочил его напарник. Мне в грудь прилетела нога в армейской обувке, вышибло дух, отлетел, упал на нары. Сверху припечатала дубинка, ещё и ещё.

Я кричал, смеялся, закрываясь руками, до тех пор, пока не перестал их чувствовать. Оскаленные злобой морды мелькали в свете фонарей, очередной удар в темя, прервал веселье, я погрузился в темноту.

* * *

Человек имя?

Уровень 1 прогресс ( 0%)

Свободный опыт 0

Я очнулся, пытаясь подскочить, взвыл от прострелившей боли, словно молния с головы до пят.

— Ох…

— Лежи, Сазонов, дёргаться тебе вредно.

Грубоватый женский голос, память начала просыпаться.

Увариха? Я что, в больничке? Какого?.. Ах да, Копытов.

Открыл один глаз, точнее, попытался, что-то там слиплось, получилась щёлка в миллиметр. Надо мной склонилось не самое симпатичное женское лицо. Близко посаженные карие глаза, нос большой картошкой и светлый пушок под ним.

— Ух, ну и отделали тебя!

Увариха, а если быть точным, Уварова Анна Николаевна, грузно уселась на стул. — Эх, Сазонов, Сазонов!..

— Что? — прохрипев, прочистил горло. — Я уже… пятьдесят лет Сазонов.

— Зачем же ты нарывался? Охранника ударил, не сидится тебе спокойно.

Я попытался хохотнуть, но заболело сразу всё, руки дёрнулись, звякнули наручники.

— Да не дёргайся уже! Вот ведь неспокойная натура, ты прикован по рукам и ногам.

Ну, разумеется, я тут не за хулиганство отдыхаю, тройное убийство повесили, семнадцать лет, год с лишним уже отбыл.

На лицо легла влажная салфетка, даря толику прохлады, руки медсестры прошлись по многострадальной груди, я зашипел от боли.

— Всё-всё, сейчас укольчик поставлю, станет легче.

Кольнуло в плече.

Человек имя?

Уровень 1 прогресс ( 0%)

Свободный опыт 0

Что ещё за дрянь?

— Слушай, Анна… Николавна, а что это за буковки перед глазами? Я будто в монитор смотрю.

— Какие ещё буковки? — Увариха склонилась надо мной, одаривая запахом табака и цветочных духов.