Во временный отдел полиции Иван попал совершенно случайно, в последний момент заменив попавшего под арест прокуратуры собутыльника начальника временного отдела, и временный руководитель теперь отрывался на Иване за все, в чем он был виноват, и в чем не был.
Вчера на разводе произошел очередной скандал, где начальник стал высказывать Ивану претензию за неработающую ведомственную сеть, после чего выгнал лейтенанта, усилив свой посыл отправкой в полет фуражки подчиненного. И пусть лейтенанта полиции Хохлова коллеги считали бесполезной «никчемухой», у меня на молодого полицейского были обширные планы.
— Все, Иван Семенович, беги на службу, вечером встретимся и познакомишься с пацанами, и будем делать из тебя результативного опера.
Славянская республика. Сибирская особая экономическая зона.
Город Н-ск. Июнь. Районный рынок.
Выпроводив похмельного лейтенанта на службу, вручив ему напоследок пару подушечек мятной жвачки, я собрался и направился на рынок. С возможностями нового знакомого надо было отходить от мелких и копеечных дел.
Моя попытка найти удобную точку наблюдения успехом не увенчалась. Потеряв за пару недель несколько человек, жулики пришли в сильное волнение и любой человек, проявляющий интерес к их «объектам» вызывал мгновенную реакцию в виде нескольких громил, направляющихся к интересанту с самым агрессивным видом. Чтобы не нарваться на неприятности я решил мимикрировать — подманил к себе куском колбасы кривоногого белого кобелька из числа чистокровных «дворян», привязал ему на шею веревку и принялся изображать долбанутого на всю голову собаковладельца, готового целый день выгуливать своего породистого питомца, периодически кидая ему сучковатую палку. Лопоухий гад палку приносить отказывался, но хоть не убегал, помня о моем, пахнущем вкуснейшей колбасой, кармане, из которого я периодически доставал лакомые кусочки. Зато мы с псом были никому не интересны, и никто не мешал мне наблюдать за перемещением людей, денег и товаров, в общем, за черным рынком Н-ска.
Славянская республика. Сибирская особая экономическая зона.
Город Н-ск. Июнь. Двор Влада Миронова.
— Но он же мент! — выдал последний аргумент трагическим шепотом Олег Прокофьев, тревожно поблескивая стеклышками очков и бросая взгляды исподлобья на стоящего в паре метров от нас лейтенанта полиции.
— Не мент, а полицейский. Ментов уже десять лет, как отменили…
— Саша, да причем тут это? — взмахнул руками Олег.
— Да не при чем! — оборвал я пустые разглагольствования парня: — Нам нужна легитимизация, чтобы выйти на новый уровень. Или вы собрались, до бесконечности, ограничиваться мордобитием мелких гопников? Ладно, некогда дальше пустые разговоры вести, нам надо с пацанами со двора Влада разобраться, а завтра занятия на военной кафедре, никто не забыл?