— Девку-то не жаль? Говорят, красавица писаная и норова кроткого, — хохотнул Медведков, явно намекая на молодость говорившего.
— Вот и будет агнцем невинным во благо земли псковской, — с горестным вздохом закончил Аршанский.
— Толково сказано. Мне добавить нечего, — согласился с высказанным предложением Горячинов, кому пришло слово по старшинству.
Медведков и Пятницкий переглянулись понимающими взглядами. Но все же каждый из них вслух, как того требовал обычай, высказал свое одобрение.
— Кому поручим? — вновь обвел взглядом присутствующих хозяин дома.
— Есть у меня компаньон один, купец новгородский, — заговорил Медведков. — Коли пообещать ему плату достойную, так согласится все обставить в лучшем виде. Много чего о нем судачат, да только и того, что слухами разными земля полнится.
— Ты загадками-то тут не сыпь. Кто таков?
— Прости, Яков Игоревич, но прав Ефим Ильич. По такому делу надо бы без загадок разных, — поддержал своего соратника Аршанский.
Медведков было вскинулся, потому как послышались ему в голосе молодого боярина мстительные нотки. Мол, вот только что ты меня приложил, а теперь получи оборотку. Да только то намерение так намерением и осталось. Пусть Аршанский и молод, но прав. Что же до неловкости, так ведь не молодь какая, мог бы и сам сообразить да не подставляться под колкость.
— Купца того Жилиным Игнатом Пантелеевичем зовут. Но только сразу говорю, деньгами его не прельстить, а чего взамен потребует… По мелочам размениваться не станет.
— Знаю такого, — кивая в такт своим словам, произнес Пятницкий. — Особо не выпячивается, хотя в гильдии «Ивановское сто» состоит. Но и вознестись жаждет, самое малое в именитые граждане. А глядишь, и в Пскове от подобного звания не откажется. И вот вам мое слово. Захочет положения у нас, моего одобрения не будет, — припечатал Ефим Ильич.
— А отчего так-то? — вскинулся Горячинов.
— Оттого, что мы сейчас думаем, как нам хотя бы равновесие выдержать. Даже нападение предлагаем совершить на московских землях, чтобы и Новгород, и Псков в стороне остались. Вы же нам тут своего сподвижника впихнуть пытаетесь. А коли так, то и равновесию конец придет. Ну и к чему тогда вообще огород городить?
— Прав ты, Ефим Ильич, — согласился с хозяином Медведков. — Но неужто решил, что я стану подъезжать на кривой кобыле? Причем настолько кривой, что это за версту видать. Да только все интересы Жилина вокруг Новгорода вьются.
— Ну что же, если так, то все свои возможности в помощь ему употреблю. Призывай, будем договариваться. Времени, конечно, мало. Но пока терпит. А место встречи оговорить бы в стороне от Пскова.