Пришлось отстреливаться. Я вскинул автомат и дал короткую очередь. Пули вошли в черепную коробку твари, разорвав её голову на куски. Но в ту же секунду как выстрелы стихли, вдали послышался вопль новых гарпий, летящих в мою сторону.
«Нужно найти укрытие», лихорадочно подумал я, оглядываясь по сторонам. Взгляд упал на полуразрушенное здание с уцелевшим подвалом. Идеально. Я рванул к зданию и нырнул в подвальное окно. Внутри было темно, сыро и пахло плесенью. Но это было не важно. Главное, что здесь я смогу немного передохнуть.
Прислонившись спиной к холодной стене, я закрыл глаза и с помощью магии Земли создал каменный кокон, защитив себя со всех сторон. После, глубоко вдохнув, попытался восстановить ману. Каналы пульсировали, жадно поглощая окружающую меня энергию. Процесс шёл медленно, но верно. Ещё часок, и я снова смогу использовать пространственный обмен. Кстати, почему мана тратится столь быстро? Неужели это из-за перегрузки организма? Вполне может быть. Надеюсь, тело восстановится, в противном случае…
Снаружи раздался пронзительный визг. Гарпии явно не собирались улетать и теперь кружили над подвалом, ожидая, когда я высунусь. А ещё я слышал тяжёлые шаги. Кто-то шёл по руинам города прямо к моему укрытию. Шаги приближались. Один, второй, третий. Они гулко отдавались в тишине, заставляя моё сердце биться чаще. Я сжал автомат крепче и позволил адаптивной броне окутать моё тело чёрной плёнкой.
Шаги замерли прямо у входа в подвал. Повисла гнетущая тишина. А потом я услышал стук, сменившийся знакомым голосом:
— Братишка, ты ведь знаешь, что от меня не спрятаться?
Это был голос Александра. Я не ответил. Просто сидел в каменном коконе и слушал, как бешено колотится моё сердце. У входа в подвал стоял очередной клон, посланный Королём Червей. Вот уж действительно, он везде и нигде конкретно.
— Миша, я знаю, что ты меня слышишь. Выходи, братишка. Давай поговорим, нам есть, что обсудить. Обсудим твоё будущее, будущее этого прогнившего мира, — продолжал голос, и в нём слышались насмешливые нотки.
Я не стал отвечать. Вместо этого потянулся к мане. Слева и справа от клона возникли каменные плиты и с оглушительным грохотом сомкнулись, раздавив ублюдка. Когда хруст ломаемых костей стих, наступила тишина.
Следующие полчаса я жевал шоколадные батончики, блевал кровью и восстанавливал ману. С моим телом точно что-то не так. И это меня беспокоит. Но разбираться с этим нет времени. Мана восстановилась примерно наполовину, когда снова раздался голос Александа.
— Убил собственного брата? И тебе не стыдно? — голос приблизился к самому входу, и я услышал скрежет когтей по камню. — Жестокий ты засранец, Михаил Константинович. Но знаешь, что? Ты всё равно проиграешь. Потому что ты один, а я есть легион. Ха-ха-ха-ха!