Ут ещё раз повторила все доступные модификаторы, а я взвешивал все «за» и «против». Хотя, что тут взвешивать?
— Ут, я выбираю…
— Ут, я выбираю «Разрушитель границ», — произнёс я вслух, и золотая пирамида вспыхнула ослепительным светом.
На её поверхности, прямо в центре одной из граней, начала проявляться новая руна. Она светилась алым, почти кроваво-красным светом, пульсируя в такт моему сердцебиению и излучая первобытную мощь. Руна выглядела агрессивно, угловато, словно была создана для того, чтобы разрывать реальность на части. А сама пирамида продолжала пульсировать золотистым светом, обрамляя алую руну сиянием, словно оправой для драгоценного камня.
— Ут, сколько ещё модификаторов я могу выбрать? — спросил я, не отрывая взгляда от пирамиды.
«Для выбора доступны ещё три модификатора из представленного списка», — мелодично ответила Ут.
— Превосходно, — улыбнулся я, чувствуя, как по телу разливается предвкушение новых возможностей. — Тогда я выбираю «Горнило», «Выключатель» и «Вытягивание сущности».
«Установка модификаторов началась», — подтвердила Ут, и золотая пирамида снова ярко вспыхнула.
На её гранях одна за другой начали проявляться новые руны. Первая разгорелась огненно-оранжевым светом, извиваясь языками пламени и излучая жар, который я ощущал даже в глубинах Чертогов Разума.
Вторая руна засветилась серебристым, мерцая, как звезда на ночном небе, и обещая контроль и власть над моими способностями. Третья руна засияла изумрудно-зелёным светом, пульсируя волнами энергии, которые тянулись ко мне невидимыми нитями.
А потом золотистое свечение начало угасать. Медленно, словно закатное солнце, опускающееся за горизонт. Пирамида потускнела, перестала пульсировать.
— Спасибо, Ут. Отличная работа, — поблагодарил я и вывалился из Чертогов Разума обратно в королевские покои.
Каменный куб по-прежнему надёжно защищал меня от внешнего мира, а снаружи продолжали звучать голоса заражённых, требовавших, чтобы я отдал своё тело их господину. Ага. Разбежались. Я не портовая путана, а великий Кашевар!
Завтра я доберусь до Лондона и накажу этого зарвавшегося глиста. Но всё это будет завтра. А пока мне нужно поспать. Глубокий, крепкий, восстанавливающий силы сон, после которого я проснусь готовым к финальной схватке.
Калининград. Крепостная башня.
Елизавета Максимовна Архарова, прошу прощения, конечно же, Гаврилова. Так вот, она стояла на древней крепостной стене Калининграда, бережно прижимая к груди завёрнутую в тёплое одеяло дочку Алису. Девочка мирно посапывала, время от времени агукая.