— Черчесов вызывает Вяземского. Приём.
В рации тут же послышался голос генерала:
«Ш-ш-ш. Граф, твою мать! Ты что там за светопреставление устроил? Разведчики решили, что начался конец света!» — выпалил Вяземский, едва сдерживая смех.
— Передайте своим разведчикам, что они сволочи. Украли у меня возможность доложить о победе.
«Ш-ш-ш. Ха-ха-ха! Обязательно передам! Вы как? Целы?»
— Увы, нет. Мне очень нездоровится, и я надеюсь как можно скорее вместе со своими людьми отбыть в тыл, зализывать раны.
«Ш-ш-ш. Ха-ха! Вас понял. Наш уговор в силе, после переброски сил отправлю вас в тыл, а заодно представлю к награде за проявленную доблесть! Конец связи».
Генерал замолчал, а я посмотрел на небо. Кровавая плата за пару мирных деньков уплачена. Надеюсь, генерал сдержит слово, и я смогу вернуться в Кунгур. Но что-то мне подсказывает, что планы, как всегда, поменяются…
Император Иван Васильевич Романов сидел на широком кожаном диване в просторном кабинете своей резиденции в Тынде. Его мать Роза Львовна активно капала на мозги сыну, убеждая того убраться как можно дальше от линии фронта и старушка таки сумела до него достучаться.
Император пил охлаждённое вино и смотрел на троицу абсолютов, охранявших его. Хотя от кого тут охранять? При желании Император и сам мог бы порвать в клочья любого. Абсолюты молча потягивали дорогой виски, а лица их выражали абсолютную скуку. В воздухе царила тягостная атмосфера. Каждый из присутствующих предпочёл бы оказаться в центре событий, а не сидеть у чёрта на куличках в ожидании вестей с фронта.
— Мы должны остановить китайцев любой ценой, — проговорил Император, поглядывая, как алое вино плещется в бокале. — Если они продвинутся дальше, последствия будут необратимы…
К нему подошла мать Роза Львовна. На её лице сияла мягкая улыбка, и она ласково положила руку на плечо сына:
— Дорогой мой. Никто под этим солнцем не способен воевать против всего мира. Всё что нам нужно, так это подождать, пока китайцы истощат свой наступательный потенциал, а когда это случится, мы нанесём решающий удар.
На подлокотник дивана слева от Императора села Инесса Матвеевна. Нежно улыбаясь, она коснулась плеча Ивана Васильевича.
— Роза Львовна совершенно права. Всё будет отлично, ваше величество.
Инесса Матвеевна и Роза Львовна на удивление быстро спелись. Две манипуляторши вились вокруг Императора, направляя его в нужную сторону так рьяно, что Ивану Васильевичу порой казалось, что он даже не слышит собственных мыслей. А только два голоска этих милых женщин.
Император резко повернулся к Инессе Матвеевне, глаза его гневно вспыхнули. Иван Васильевич уже открыл рот, чтобы грубо ответить на нездоровый оптимизм этой парочки, но в этот момент раздался стук в дверь.