Снова смотрю на свою стену поисков, так я ее начал называть.
– Что же я упустил из виду? – размышляю вслух.
Какой-то прям поворот не туда. И даже эту гору обследовали вдоль и поперек, но тщетно. Ни Черской ни любых других живых людей. Как такое может быть?
Запутывать следы может она и умеют, но я все равно выясню где она.
– Эмиль! – зову помощника.
Тишина. Ни ответа, ни привета. Потом вспоминаю, как он высказался, что устал от моих оров на весь офис и установил новомодное переговорное устройство. Нервно тыкаю кнопки.
– Эмиль, – говорю чуть спокойней.
И снова в ответ мне тишина. Да что ж такое. Уволю точно! Ну сколько можно, вечно придумывает свои правила игры. Со всей дури открываю дверь и смотрю на рабочий стол, где мирно копошится Эмиль. Весь завален бумагами и коробками.
– Эмиль, чтоб тебя! – злобно рычу на своего помощника. – Ты что не слышал, как я тебя звал?
Эмиль убирает в сторону всю свою кипу макулатуры, устало вздыхает и садится на стул.
– Слышал, конечно, – говорит голосом как будто всю ночь мешки с углем таскал. – Вы что-то опять хотели, Станислав Валентинович.
– Ты почему не отвечал тогда мне так долго? – смотрю на парнишку с подозрением. Странно выглядит. Слишком бледный, отравился что ли. – В общем, это не важно. Я придумал! Надо дать объявление о вознаграждении всем, кто знает хоть что-то о Черской. И как я только сразу до этого не додумался…
– А от меня то вам что нужно? – устало, потирает переносицу Эмиль.
– Пиши! – командую я и Эмиль послушно достает чистый лист и ручку. – Вознаграждение в…
Так а сколько предложить? Слишком мало не откликнуться, слишком много наврут мне с три короба и пойди разберись где правда, а где ложь.
– Давай миллионов семь что ли, – отвечаю не очень уверенно. Маловато, наверное…
Эмиль нервно прокашливается и сразу записывает. Задумываюсь плотно о том, чтобы еще указать.
– Семь лямов… – шепчет Эмиль себе под нос. – Да я за такие деньги тут десять лет уже пашу на этого психа…
– Что? Не расслышал? – спрашиваю подлеца с прищуром.
– Я говорю, надо указать конкретные данные о том, кого мы ищем, ну, то есть о Марине, – отвечает Эмиль снова безразлично.
– Пиши, рост средний примерно… – запинаюсь.
В анкете указала метр семьдесят два, но это явно она наврала. А вот реальный ее рост я не знаю.
– Так, ладно, пока пропустим этот пункт. Волосы…
Снова торможу. Вроде не очень темные и не совсем светлые. У женщин вообще сложно определять цвет волос.
– Пропускаем, а вот глаза у нее, гадство, – ругаюсь я.
Да потому что не знаю ее цвет глаз. И если она носила линзы, то могла и цвет изменить.