— Или что меня убили, — сказал я, вспомнив сегодняшние предупреждения.
— Или так, — легко согласилась Олли.
— Этому ты тоже будешь счастлива?
— Нет, но печаль моя будет светлой, а память сохранит лишь лучшее. Жизнь конечна, и это тоже правильно, иначе мы не могли бы ценить каждый миг нашего краткого бытия. Я знаю, что для тебя это звучит странно, но поверь, я совершенно искренна сейчас. Я желаю тебе счастливой дороги, даже если ты не в силах её правильно оценить.
— Ты удивительная, Олли, — сказал я. — Никогда не встречал таких светлых людей.
— Эй, я же чёрная, как ночь! — рассмеялась она, положив свою изящную ручку поверх моей. — Смотри, какой контраст. Я не буду скучать, но, когда и если ты вернёшься, нажми на ракушку. Я приду и сделаю тебя немного счастливее.
Она поцеловала меня своими пухлыми чёрными губами и вышла из комнаты.
— По крайней мере, не зима, — довольно сказал Слон, оглядевшись.
Лесная дорога укрыта зеленью, под ногами густая трава, лишь чуть прибитая колёсами в колеях.
— Мы снова в тот дворец? — спросил я. — Я думал, у нас будет новая база… Граф я али не граф?
— Мейсер говорил, что начнём там, а потом перебазируемся. Чтобы к Перидору далеко не бегать. Так что успеешь ещё пографствовать. Там Теконис сделает постоянный грузовой кросс-локус. Он умеет. Жутковатый тип, конечно, но, блин, иной раз ему даже завидую. Хотел бы я свои кросс-локусы научиться строить.
— Даже если ради этого надо ослепнуть?
— А, так ты в курсе? «Мне в детстве мама выколола глазки, чтоб я в шкафу варенье не нашёл…» — процитировал он. — Да, такую цену я бы не потянул. Стрелять‑то как потом? О, вон и наш транспорт!
Кареты летом даже хуже, чем зимой, потому что печки в них есть, а кондиционеров нет. Да и трясёт сильней, потому что укатанный снег ровнее, чем грунтовая колея.
— И какие у нас планы, в целом? — спросил я у Фреда, пока мы едем.
Окна зашторены, чтобы не пугать нами случайных селян. Смотреть не на что, читать неудобно из‑за темноты и тряски. Так что он заметно скучает, а значит, может рассказать что‑то сверх того скудного информирования, что я получаю от Мейсера. Моё положение в команде размытое и двоякое — с одной стороны, я отношусь к подразделению Слона, то есть к охране, а нам знать планы топ-менеджмента ни к чему. Наше дело следить, чтобы аборигены этот топ-менеджмент не порешили от избытка благодарности. С другой — Нагма относится к сфере ответственности Текониса, являясь чем‑то средним между подчинённой и инструментом. Но ей всего четырнадцать, она его откровенно побаивается, а он предпочитает общаться с ней через меня. Так что я тоже как бы прохожу по ведомству нашего слепого хроноколдуна, а значит, вхожу в основную группу. В результате приглашают только на общие совещания, вся рабочая текучка обсуждается без меня, а просвещать отдельно недосуг. Не то чтобы меня это как‑то обижает, но интересно же. Вот и пользуюсь такими моментами.