Моё дыхание на миг сбивается. Я узнаю: это он. Даже если бы Лена не предупреждала, я всё равно догадалась бы. Слишком «слишком» он для того, чтобы быть кем-то случайным.
Есть люди, которых в толпе не заметишь, они растворяются в шуме, проходят мимо, не оставив и следа. А есть другие — редкие. Взгляд буквально спотыкается о них, и ты уже не можешь отвести глаза. Как будто кто-то щёлкнул невидимым выключателем, и весь фон меркнет, остаётся только он. Такие люди словно обладают внутренним полем, от которого никуда не деться: ты смотришь, отворачиваешься, но через секунду всё равно снова ищешь их глазами. Оборачиваешься, даже если зарекалась не смотреть. И вот сейчас я словно скрепка, безвольно притянутая к магниту.
Он стоит спокойно, будто знает о своей силе и не считает нужным ею размахивать. Но это спокойствие обманчиво — оно в напряжённых плечах, в прямом, колючем взгляде, в едва уловимой насмешке на губах. Мужчина, который не просит внимания, но получает его по праву.
Я делаю шаг, другой. Сердце колотится. Но чем ближе подхожу, тем отчётливее вижу, что его глаза — не просто тёмные, они настороженные, даже колючие. Он не улыбается, не спешит навстречу. Он смотрит так, будто взвешивает на весах каждое моё движение, каждую черту лица.
Я привыкла к другой реакции. У меня голубые глаза, волосы, которые солнце подсвечивает золотом, фигура, ухоженность — всё это всегда работало безотказно. Мужчины сворачивали головы, женщины цедили сквозь зубы с завистью. Обычно. Я заставляла всех испытывать эмоции. Хотела того или нет.
Но этот мужчина — не «обычно». Его взгляд не скользит по моим ногам или талии, не задерживается на улыбке. Он смотрит прямо в глаза, от этого мне становится почти не по себе. Будто я вовсе не красивая блондинка с небесными глазами, а книга, которую он собирается открыть, проверить и решить: оставить или выбросить.
— Наталья? — его голос низкий, хрипловатый, и в нём нет ни капли любезности. Ни тени восхищения, к которому я привыкла. Просто сухая проверка факта, как будто я — имя из списка.
Я киваю, и уголки его губ еле заметно дрогнули. Не улыбка, а скорее, тень иронии. Словно он уже знает обо мне больше, чем я сама хотела бы показать.
Он идет первым в сторону, уверенно, без паузы, даже не оглядывается, будто убежден, что я пойду за ним, как послушный щенок. И я иду. Щурюсь от яркого солнца, вдыхаю густой горный воздух и краем глаза ловлю отражение в зеркале стеклянных дверей: длинные ноги, светлые волосы, неброский, но безупречный стиль. Та самая картинка, ради которой мужчины обычно теряют голову.