Красные пошли в казармы. Там, где дворцовая прислуга и младшая гвардия укрывались за бронированными дверями, воздух раскалился до белого свечения, и металл этих дверей потёк, как воск, обнажая коридоры, по которым хлынул жар.
Я шёл через парадный двор.
Борис справа, Василиса слева. Тридцать пять процентов Силы Титана работали постоянным фоном, и в радиусе десяти метров от меня магические снаряды замедлялись, теряли траекторию, уходили в сторону. Потому что гравитация вокруг моего тела была уже не совсем нормальной. Всё, что летело с достаточной скоростью, попадало в зону искажения раньше, чем достигало цели.
Четверо гвардейцев попытались перехватить меня у фонтана. Фонтан был разрушен, на месте мраморной чаши лежали обломки, а вода из разорванных труб била вверх мутным столбом. Четверо вышли из-за колонн с обеих сторон, синхронно, с артефактами наготове, и их суммарный залп ударил в мой Покров с четырёх направлений одновременно.
Покров принял всё, а я даже не замедлился. Просто прошёл сквозь перекрёстный огонь, и давление моей ауры сделало остальное. Двое ближайших упали на колени, схватившись за головы. И не потому что я приказал, а потому что их тела отреагировали раньше, чем разум успел вмешаться. Третьего я ударил Импульсом Чистой Силы в грудь и от просто исчез, оставив после себя только ядро. Четвёртый попытался отступить, выстроить новый барьер, но Василиса была быстрее, её лапа хлестнул его по ногам, а когда он упал, она просто наступила.
Я наклонился к первому из упавших. Рука вошла в его спину быстро, пальцы нашли ядро, сжали и потянули. Маг дёрнулся, захрипел, но звук оборвался раньше, чем я выпрямился. Ядро десятого ранга растворилось в ладони мгновенно. Та пустота, которую оставило создание тоннеля, чуть уменьшилась. Капля, но каждая капля шла в дело.
Второй, третий, четвёртый. Ядра уходили в меня одно за другим, возвращая ресурсы, которые я потратил на километры сжатой породы. Каналы работали ровно, единое ядро в позвоночнике перемалывало чужую энергию без задержки, как жернова, которые наконец нашли правильную скорость.
Ступени парадного входа были широкими, белыми и уже залитыми кровью. Створки дверей, каждая высотой в четыре метра, с резными гербами и позолоченными петлями, висели криво. Одна сорвана с верхней петли и упиралась углом в мрамор пола. Отсюда уже слышалось то, что происходило внутри. Удары магии о камень, крики, треск ломающейся мебели и тот низкий, утробный рёв, который издавали изменённые, когда находили добычу в замкнутом пространстве.