— Я не… — начал он, потом осёкся. Выдохнул, развернулся ко мне. — Я не знал, что у тебя с собой ядра. Думал, вы просто за кейсом поехали. Хотел взять Грибкова с поличным, когда он попытается забрать то, что украл его люди со склада.
— Да мне плевать на ваши планы, — отрезал я. — Вы облажались. Грибков свободен, у него одиннадцать ядер. Отличная операция.
Лейтенант сжал челюсть, вена на виске вздулась. Он злился, но не на меня. На себя, на ситуацию, на Грибкова.
Вернулся к столу, оперся руками о столешницу, наклонился вперёд, посмотрел мне в глаза.
— Мне очень нужен этот Грибков, — произнёс он медленно, чётко выговаривая каждое слово. — Очень. Ты даже не представляешь насколько.
Пауза. Чешуя выпрямился, скрестил руки на груди.
— Майор Грибков — не просто офицер, — продолжил лейтенант. — Он связующее звено между военными и чёрным рынком магических артефактов. Он организует кражи, он даёт заказы аномальщикам на нелегальную охоту, он отмывает ядра через свои каналы. Мы за ним следим два года. Два года собираем доказательства. И каждый раз он выскальзывает.
Интересно. Значит, Грибков не мелкая сошка, а крупный игрок, защищённый сверху. Генерал Краснов прикрывает его не просто так. Либо получает долю, либо сам в деле по уши.
— У меня есть только один способ его достать, — Чешуя ударил кулаком по столу. — Железобетонные показания. Свидетели, которые подтвердят его связь с незаконной торговлей. Улики, которые нельзя замять. Факты, которые не оспорить.
— Документ, что я маг, готов? — спросил я. — В базу внесли?
Чешуя моргнул. Сменил тему резко, не ожидал. Выпрямился, кивнул.
— Да, — подтвердил он. — Официально ты зарегистрированный маг. Ядро подтверждено, нужно только активированные стихии внести и их разряд. Твой статус легализован.
Отлично. Первый пункт нашей сделки выполнен. Теперь второй.
— Мне нужна информация по развитию магии, — продолжил я.
Чешуя поморщился, покачал головой.
— Всему своё время, Володя… Сначала мне бы это дерьмо разгрести.
— А как изменится ситуация, если Матросов и Мамонтова вдруг скажут, что работали на Грибкова? — спросил я, глядя Чешуе в глаза. — И что я подтвержу, что он хотел изъять эти ядра у нас, когда я собирался их доставить вам?
Лейтенант замер. Смотрел на меня, не моргая. Мозг работал, просчитывал варианты. Лицо оставалось непроницаемым, но глаза загорелись.
— Кто будет свидетельствовать против себя? — произнёс он медленно. — Их казнят или сделают рабами. Если Матросов и Мамонтова признают участие в незаконной охоте, признают кражу ядер, признают работу на военного… Им конец!