Рванул ногу вверх, лёд лопнул как стекло, осколки разлетелись во все стороны. Оттолкнулся от земли со всей силы. Прыжок, высоко, выше чем когда-либо. Земля ушла вниз, воздух свистел в ушах. Я взлетел к ней, пять метров преодолел за секунду.
Ирина успела выпустить шар. Он полетел вниз, навстречу мне. Я развернулся в воздухе, ушёл от траектории. Шар пронёсся мимо, ударился в землю внизу. Взрыв. Волна холода и осколков льда поднялась вверх, но я уже был выше.
Протянул руку, схватил край её ледяной платформы. Пальцы вцепились в лёд, сжали. Платформа треснула под весом. Ирина пошатнулась, потеряла равновесие. Я подтянулся, второй рукой схватился за край, забрался на платформу.
Мы оказались лицом к лицу. Я тяжело дышал, кровь текла по подбородку. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, дыхание сбилось. Между нами метр расстояния. Я замахнулся, кулак пошёл вперёд, к её лицу. Она среагировала, ладонь взметнулась вверх, из неё выросла ледяная игла — длинная, острая. Остриё остановилось у моего горла, кончик коснулся кожи, прорвал её, капля крови выступила.
Мой кулак застыл в сантиметре от её лица, костяшки почти касались носа.
Тишина. Мы смотрели друг на друга, не двигаясь. Это пат, оба можем убить одним движением.
Ирина выдохнула, убрала иглу. Магия рассеялась, остриё растаяло в воздухе. Платформа под нами начала терять форму, спускаться вниз медленно. Я опустил руку, разжал кулак. Кровь капала с пальцев на лёд под ногами.
— Неплохо, — сказала она наконец. — У тебя дай бог первый ранг магии, но ты крепкий… Очень крепкий, выносливый и сильный. Я таких ещё не встречала. Готов идти до конца и поставить жизнь на бой.
Голос ровный, но в нём слышалась усталость. Она тяжело дышала, магия взяла своё. Даже опытный маг устаёт после такого расхода энергии.
Я не обманывал себя, если бы она очень захотела и постаралась… И я совершил бы ошибку, она бы могла меня убить. Желание впитать своё ядро выросло ещё больше.
Сила, мне нужна моя сила. Ни что так не мотивирует, как человеческая слабость. Я всё верну, всё! И заберу ещё больше.
Платформа коснулась земли, растаяла под нашими ногами. Я сошёл с неё, ноги подкосились, пришлось опереться рукой о землю. Тело отзывалось на перегрузку — мышцы горели, суставы ныли, голова кружилась. Регенерация работала на износ, латала повреждения, но сил почти не осталось.
Ирина прошла мимо меня к машине, остановилась у двери.
— Ты, надеюсь, не сдохнешь? — бросила она через плечо.
— А ты? — поднял бровь.
Женщина улыбнулась и подала мне коробку с тремя оранжевыми кругляшками.