Даже не знаю. До последнего момента искренне надеялся, что тот будет вне всей этой грязи. Однако это не так. К сожалению. Нет, мне абсолютно плевать на него. Такого человека даже отцом нельзя назвать. Думал, что мозги у него хотя бы есть. Ан нет! Ни хрена!
Ну что же… Что я могу поделать? Каждый должен расплачиваться за свои ошибки.
— Можно? — коротко постучав в дверь, Арина показывается на проеме. — Надеюсь, не помешала?
— Нет, ты как раз вовремя, — вздыхаю, прокручивая в голове, как начать разговор. Все-таки он отец Арины. Каким бы говнюком ни был.
— Здравствуйте, Борис, — протягивает она руку, едва адвокат встает на ноги.
— Здравствуйте, — пожимает ладонь Арине, и они садятся напротив друг друга.
Волчонок сразу же смотрит на меня вопросительно. Взглядом спрашивает, что случилось.
— Изучи, — обхожу свой стол, присаживаюсь рядом с ней и показываю документ.
Арина пробегается по строчкам. И ее глаза с каждой секундой распахиваются все шире и шире.
— Арин, прости… — начинаю, сжимая ее дрожащую ладонь.
Как я и предполагал. Боится за отца. Пусть он вообще не заслуживает никакого уважения, все же Арина не хочет ему зла. Пусть на словах твердит обратное и отталкивает его каждый раз, когда он выходит с ней на связь и ищет встреч.
— За что? — несмело усмехается она. — Борис, — она поднимает глаза на адвоката. — Вы думаете, я стану его поддерживать? Исключено. Он прекрасно знал, на что подписывается. Так вот пора расплачиваться. Он будет сидеть столько, сколько положено по закону. Да, он мне родной, однако давно принял позицию чужого мне человека. Поэтому… Не нужно его прикрывать, даже если Эмиль вас попросит. А он обязательно попросит, увидев, как мне плохо. Мне плохо, не отрицаю. Но пройдет. Пусть он мне не был хорошим отцом… Но все же отец. Пройдет… Эта боль обязательно пройдет.
Арина глубоко вздыхает. Прижимаю ее к себе и сразу же касаюсь губами лба, чувствуя исходящее от нее тепло.
— У тебя что, температура? Ты вся горишь, Арин.
Арина
Эмиль не дает мне возможности протестовать. Поднимается на верхний этаж, будит дочку и предупреждает ее, что мы едем в больницу. Хотя я не вижу в этом нужды. Всего лишь температура. Ну, и тошнит немного.
Эми не отпускает меня, не поцеловав в обе щеки, только потом машет рукой и говорит, что с нетерпением будет ждать нас. И чтобы мы сразу же позвонили ей, как только я пройду обследование. Как взрослая девочка, ей-богу.
Бестужев отправляет домой Бориса, буквально приказывая, что он обязательно должен увидеть вечерние новости. И не дай бог не получится то, чего он ждет уже несколько лет. Адвокат заверяет, что все пройдет по плану.