Врали, стало быть.
— Слушай… — Петрович шлепнул быка по носу. — Если я правильно понимаю, вы не с пустыми руками приехали?
— Ну… так-то… официально миссия мирная… помощь там… по сельскому хозяйству… но так-то вроде ребятки прихватили маленько…
Один гранатомет и один пулемет точно есть.
— От и ладно, — обрадовался Петрович. — От и замечательно… я ж пока валялся, то почти все связи и подрастерял, так что своего почти и не осталось. А чего осталось, то устарелое. Но точек пару приметил, на всякий случай. Если пулеметы поставить, то совсем ладно будет.
— Я чего-то не знаю о сельском хозяйстве? — Черноморенко не то, чтобы был против, но как-то…
— Поверь, — Петрович хлопнул его по плечу. — Ты ничего не знаешь о здешнем сельском хозяйстве! Идем, покажу…
И бодрым шагом двинулся куда-то прочь… а главное, если не приглядываться, то легкая хромота почти незаметна. А дерганые слегка движения вовсе можно принять за личную особенность.
— Петрович, — Черноморенко догнал старого знакомого. — Слушай… я понимаю, вылечить тебя вылечили. Но остальное-то как? Ты ж… тебе ж лет под девяносто быть должно! А ты моим ровесником глядишься. Как?
— Воздух, — важно ответил Петрович. — Воздух тут у нас хороший. И вода тоже… молоко опять же. Вот молоко — замечательное… в общем, экология! Сила природы, так сказать… а потому природу такую надо что?
— Беречь?
— И охранять.
— Пулеметами?
— Знаешь, Черномор, вот… жизнь теперь такая, что с пулеметами природу охранять как-то оно сподручнее, что ли. Кстати, надеюсь, ты додумался не только их прихватить. А то ж разочаруюсь. Ты ж помнишь, Черноморенко, до чего я не люблю в людях разочаровываться.
Где появляется чудо чудное и диво дивное
Глава 17 Где появляется чудо чудное и диво дивное
В сказках Иван-дурак на проверку оказывается Иваном-царевичем, а в жизни все как-то больше наоборот…
Женское задумчивое
Александр стоял на берегу речушки, которая вилась черной лентой. И главное, речушка-то с виду узенькая, тоненькая, на раз перешагнуть можно, а течение стремительное. Вон, подхватило где-то лист, потянуло, понесло, кружа над скрытыми ямами.
Берег в этом месте был пологим, а потому получилось подойти к самой воде.
— Не лезь, — сказала Аленка, закатывая штанину. — Тут небезопасно.
— Глубокая?
— И глубокая, и с характером. Утянет, и я не спасу. Слушай, может, все-таки на машине… — она зачерпнула воду, которая все еще была черна и подняла. Тонкие нити полетели меж пальцами.
— Нет уж, — Александр мотнул головой. — Обещала коня, давай коня.
— Только конь будет… своеобразным.