— А вы с Данилой за Тень, получается?
— Ну да, а за кого ещё? Он никому не делал зла, его несправедливо убили, правитель делает всё, чтобы про него забыли люди, — принялась перечислять Зоя. — Его действительно жаль. И возлюбленную жаль, и друзей.
— Погоди, Зой, — попросил Ит. — Про возлюбленную и друзей мы вообще ничего не знаем.
— И что с того? Пока не знаем, потом узнаем. Если они были такими же, как он, значит, они будут априори положительными персонажами, — объяснила Зоя. — Подобное притягивает подобное.
— Не всегда, — задумчиво произнес Ит. — Бывает всякое. Если так размышлять, можно легко ошибиться.
— В чём там можно ошибаться? Это же просто сказка, — отмахнулась Зоя.
— Сказка-то она сказка, но то, что сказал об этой сказке тот же Глеб, тебе явно не понравилось, — справедливо заметил Ит.
— Так же, как и тебе, — парировала Зоя. — А что именно тебе не понравилось, кстати?
— Идея о том, что жертва была допустима, — объяснил Ит. — Помнишь эпизод с певицей, которую утопили в озере?
— С помощью мохнатого побега, — усмехнулась Зоя. — Ну конечно, помню. Мне её жалко, я же говорила.
— Ну вот. А Глеб сказал, что ради спокойствия правителя можно кого-то убить, потому что правитель за многое отвечает, и его душевное состояние важнее чьей-то жизни, — Ит помедлил. — Я тогда ещё подумал, что, может быть, он меня нарочно провоцирует? Сказал гадость, и будет смотреть, что я отвечу?
— И что ты ответил?
— То же самое, что сказал тебе. О том, что рано делать выводы. Но чуть позже я понял, что нет, это была не провокация. Он на полном серьезе это всё говорил. А о чём с ним говорили вы? — спохватился вдруг Ит. — Ты ведь не просто так про него вспомнила, верно?
— Верно, — Зоя тяжело вздохнула. — Так и есть. Он… словом, вот что вышло. Мы с Данькой ждали очередь в спортзал, он подошел туда же, встал за нами, и принялся донимать нас разговорами про Тень. Мы про неё вообще говорить тогда не собирались. Он… с тобой он, кажется, говорил мягче, чем с Данькой и со мной, потому что при нас он несколько раз назвал Тень поганым предателем, и сказал, что туда ему и дорога. Он говорил это, и смотрел на нас едва ли не с вызовом.
— И что вы ему ответили?
— Данька сперва сказал то же, что и ты. Примерно, другими словами, но суть была такая же. Он выслушал, и стал говорить в ответ совсем уже странные вещи. Странные и страшные, — Зоя поёжилась, словно ей вдруг стало зябко. — Он сказал тогда, что эта сказка, она на самом деле про то, что некоторым дано величие свыше, а некоторым нет, и что Тень захотел пролезть туда, куда ему путь был заказан изначально. Что нечего, мол, пытаться решать то, к чему ты не предназначен природой, потому что ты всё равно будешь слабее и глупее, чем те, кто имеет право решать.