Ради справедливости — это наверное был самый восхитительный секс в моей жизни. Уж точно самый яркий и впечатляющий.
— О чём задумался, дарг? — повернула ко мне голову Лилия. — Ты подозрительно молчалив для своей расы.
— А ты подозрительно несдержанна для аристократки, — парировал я. — Мы оба не идеальны.
Секунду на меня посмотрев, женщина рассмеялась. Я же уселся на полу. Кровать исчерпала свой ресурс уже во время второго захода. Сейчас от неё вовсе остались одни жалкие обломки. А мы были в другом помещении, по соседству — лежали на паркете.
— Я бы поспорила, — отметила дворянка с кожи которой исчезла вся кровь. — Сам посмотри. Разве я не идеал?
Взглядом я её и правда окинул. Кто из мужчин станет отказываться, когда молодая и красивая женщина просит на неё поглядеть.
Хотя, какая она молодая? Я на всякий случай задобрил — Белоозёрских приговорили сто пятьдесят шесть лет назад. Конечно, она могла и под землёй уже родиться. Но сомневаюсь, что ей меньше полтинника.
— Ты о чём задумался? — чуть нахмурилась она.
Ну или даже сильно нахмурилась. Вон, лицо прям недовольным стало. Как мало нужно, чтобы обидеть женщину. Даже настолько сильную.
— Пропорции идеальны, — посмотрел я ей в глаза. — Но ты же метаморф. Какие захочешь, такие и сделаешь.
Она рывком вскочила на ноги. Знаете, как в фильмах про фанатов боевых искусств, у которых в реальности связки бы давно порвались в клочья. Где они из положения лёжа за секунду в вертикальное переходят. Вот как-то так и она сделала.
— И что? — ноздра баронессы раздулись, а сама она впилась взглядом в мои глаза. — Это всё равно моё тело!
— Твоё, — согласно кивнул я. — Но, чтобы ты понимала — идеал у каждого свой. Вывести единой формулы не получится. И вообще — нам уже давно пора вниз.
Когда до выхода из апартаментов оставалось несколько метров, Лилия снова оказалась рядом. Коснувшись меня голым плечом, покосилась.
— А у тебя какой идеал? — поинтересовалась аристократка. — Вдруг решу, что стоит осчастливить тебя ещё раз. В какой форме это сделать?
— Пожалуй, надо подумать, — иронично улыбнулся я. — Так, чтобы полностью совпадало с твоим внутренним содержимым.
Вас когда-нибудь била в плечо разъярённая магичка-метаморф? Меня вот тоже первый раз ударила. И я это даже пережил. Однако, силы в ней немало. Вот вроде, наполовину в шутку кулаком ткнула. А качнуло меня вполне себе по-настоящему.
Дискуссию мы дальше продолжать не стали. Три часа непрерывных постельных утех — достаточно, чтобы научиться понимать язык тела друг друга. Так что сейчас я прекрасно понимал — баронесса и правда не прочь всё это повторить. Наверняка в более комфортной обстановке и контролируемых условиях, но тем не менее.