«А если это какой-то алкарик с белочкой? И у них тут тюрьма? Или каннибал?»
Над крышей разорвалось два фейерверка, я рефлекторно посмотрела наверх и увидела через щели, как по сторонам полетели огоньки, а вслед за ними снова темнота. Я закусила губу, но не успела опустить лицо. Его огрело долгим плавным вы-дохом, будто кто-то смотрел мне прямо в глаза, приблизившись вплотную и нависая.
Первым желанием было бежать, но я перетрухала настолько, что замерла на месте. Подумала: «Может, показалось?» Но следом поняла — нет. Щёку снова накрыло тёплым чуть влажным облаком из чужой груди. Чуть ближе, чуть порывистее, а затем кончика носа что-то коснулось. Я охнула и отпрянула. Пошатнулась и рефлекторно выставила перед собой ладони, но меня поймали. За спиной оковами крест на крест схлопнулись две длинные крепкие руки, впившись пальцами в бока, а мою грудь, сжатую локтями, прижало к чужому телу, и я поняла две вещи: это существо мужского пола, и это не человек.
«Так, меня поймала горилла», — как-то холодно и отстранённо пронеслось у меня в голове. Других вариантов быть не могло: под пальцами точно была широкая мускулистая грудь сильного мужчины, и её покрывала длинная густая шерсть.
У бывшего росло на груди что-то, я помнила это ощущение. Иногда гладила его, стараясь привыкнуть, и надеясь, что когда-нибудь решусь перейти к большему, но так и не получалось. Волоски были редкие, а ещё он жалобно вопил, если я случайно тянула один, защемив пальцами. Сейчас же я даже не глядя сказала бы, что это не волосы, это — шерсть! Длинная, густая! Но грудь под ней не звериная. Обезьяна? Или мутант? Какой-то с кожной болезнью, в глубинке бывают такие. И меня ему… что?
Все эти мысли пронеслись в голове за секунду, пока я судорожно пыталась решить, что делать. А в следующую, было уже поздно что-то предпринимать, потому что незнакомец склонил волосатое лицо и прислонил влажный холодный нос к моей ще-ке. С силой вдохнул.
Если бы не грохот вокруг, могла бы поклясться, что от одного звука воздуха, свистящего в его ноздрях, я бы поседела, но шум сбивал с толку. Я упёрлась руками в его грудь сильнее, стараясь оттолкнуть, и мокрый нос двинулся вниз к челюсти, продолжая жадно вдыхать, царапая мою кожу жёсткими волосками бороды. Или что у него там? У горилл же не бывает бород. И грудь у них не волосатая! А тут волосатое всё!
— Мамочки! — всхлипнула я, а чужие руки сжались, будто он услышал. Хотя, по идее, должен был почувствовать по вибрации моей груди? Она, сжатая локтями, прижималась через ткань к нему, и мужчина точно мог ощутить её мягкость. Мужики любят такое.