— Я всего лишь напоминаю ей о ее месте в этом доме! О том, зачем она здесь! — Эльмира снова повышает голос.
Звук шагов. Кажется, Кемал мерит комнату.
— Послушай, — его голос становится жестче. — Я понимаю твои чувства. Но Алия останется в этом доме, и я хочу, чтобы ты относилась к ней с уважением.
— Ты изменился, Кемал… — голос Эльмиры звучит задумчиво. — Отказался от Заримы и привел в дом безродную девку! Неужели ты думаешь, что я буду молча наблюдать за этим?!
— Моя ненаглядная жена решила мне угрожать? — слышен смех Кемала.
— Кемал, я просто не хочу, чтобы она разрушила нашу жизнь, — тон Эльмиры тут же меняется. Ее голос становится мягким и обволакивающим.
— Если Алия так противна тебе, то я перевезу ее в другой дом, — внезапно произносит он.
— Нет! — тут же раздается звонкий голос Эльмиры. — Не надо в другой дом… Я обещаю, что смогу стать старшей подругой Алие.
— Старшей подругой? — в голосе Кемала слышится недоверие. — Минуту назад ты готова была ее уничтожить.
— Я погорячилась, — Эльмира говорит так сладко, что даже мне становится не по себе. — Просто увидела вас вместе и… потеряла контроль. Ты же знаешь, как я люблю тебя.
— Знаю, — вздыхает Кемал. — Поэтому и предлагаю вариант с другим домом.
— Нет-нет, — торопливо возражает Эльмира. — Я хочу, чтобы она осталась здесь. Под моим… нашим присмотром. Я буду заботиться о ней, научу всему, что должна знать вторая жена.
— Ты уверена?
— Да, конечно… Только скажи мне одно, — голос Эльмиры дрожит от напряжения. — Кемал, ты ведь не влюбился в Алию?
Смотрю на красивое лицо жены — такое утонченное, с правильными чертами. Тонкие брови, длинные ресницы, нежные губы… Ее вопрос повис в воздухе.
Кажется даже, что Эльмира забыла как дышать.
— Нет, Эльмира… Я не влюбился в Алию, — возвращаю жене способность поглощать воздух.
Потому что она тут же шумно выдыхает. Даже ее ноздри вздуваются.
Облегчение на лице Эльмиры сменяется легкой тенью сомнения. Она прикусывает нижнюю губу. Ее изящные пальцы нервно касаются моего лица.
Мне кажется, что они холодные… ледяные. Хочется отстраниться. Но я не делаю этого, чтобы не допустить истерику жены.
Эльмира — темпераментная, импульсивная. Именно этим она мне понравилась в начале нашего знакомства. Но с годами ее чувственность стала граничить с истерией.
Раньше эта страстность казалась мне очаровательной, будоражила кровь. Теперь же каждая такая сцена высасывает силы, словно эмоциональный вампир.
Иногда мне казалось, что после диагноза бесплодие Эльмира стала более нервной. Хотя я старался поддержать жену. Но мы оба хорошо понимали, что семейная династия должна быть продолжена. Оба не представляли свою жизнь без детей.