— Алия, ты плохо знаешь мужчин, — вкрадчиво говорит он. — Им не нужны использованные женщины. Ты навсегда останешься одна, если уйдешь. Никто уже не женится на тебе, Алия. Потому что ты моя!
В нашем обществе развод — это клеймо не только на женщине, но и на всей ее семье.
Я понимаю, что Кемал говорит правду. Никто не возьмет меня уже в жены.
От осознания жестокой реальности дрожь охватывает все тело. Она обрушивается на меня всей своей беспощадностью. Я в ловушке. В золотой клетке, из которой нет выхода.
Ноги подкашиваются, и я медленно оседаю на пол, обхватывая себя руками.
Кемал опускается рядом со мной на колени, его рука ложится мне на плечо.
— Ты умная девочка, Алия, — говорит он мягко, но в этой мягкости слышится сталь. — Ты понимаешь, что я прав. Твоя честь, честь твоей семьи — теперь в моих руках. И я могу как защитить ее, так и разрушить.
Горькие рыдания сотрясают мое тело. Я вспоминаю, как мечтала о любви, о счастливой семье, о муже, который будет боготворить только меня. Теперь эти мечты рассыпаются на многотысячные осколки. Они царапают мою душу, выворачивают ее изнутри.
— Время все расставит по местам, — продолжает Кемал, поглаживая мои волосы. — Ты привыкнешь. И когда родится наш первенец, ты поймешь, что наш брак счастливый. Я не обижу тебя, Алия. Обещаю, что стану заботиться о тебе. Ты ни в чем не будешь нуждаться.
— Ненавижу, — цежу сквозь стиснутые зубы и поднимаю затравленный взгляд на Кемала.
Его рука, поглаживающая мои волосы, останавливается. Он резко одергивает ее.
Карие глаза мужа темнеют, в них появляется опасный огонек.
Страх сковывает тело, но злость и отчаяние сильнее. Я смотрю прямо в его потемневшие глаза.
— Я ненавижу тебя, — каждое слово дается с трудом, но я не отвожу взгляд.
Его лицо искажается, челюсти сжимаются. На секунду мне кажется, что он ударит меня. Но вместо этого Кемал неожиданно усмехается, и эта усмешка пугает меня больше, чем его гнев.
— Ненависть — это тоже страсть, моя дорогая жена, — шепчет он, наклоняясь ближе. — А страсть можно направить в нужное русло. У нас впереди много времени, чтобы научить тебя правильным чувствам.
Его слова звучат как приговор, от которого холодеет кровь в жилах.
Кемал резко встает. Швыряет мою одежду на кровать.
— Приведи себя в порядок и спускайся вниз! Эльмира ждет! — грубо произносит он и не оборачиваясь выходит из комнаты.
Я остаюсь одна, сжавшись на полу. Дрожащими руками касаюсь волос, где еще секунду назад были пальцы мужа. В горле стоит ком, но слез больше нет — их место заняла пустота.