Легко, словно земля не тянула их к себе, мужчины запрыгнули в седла.
– Если станет дурно – скажи. Терпеть смысла нет, – бросил новый хозяин и, подобрав повод лошади, на которой я сидела, ударил по бокам своего коня.
Тихо, словно ночные тени, невысокие лошади понеслись вверх по склону, оставляя мой прошлое и пару разбойников позади. Не было словно даже стука копыт по влажной от утренней росы траве. Только едва различимое позвякивание сбруи и редкие всхрапывания коней. В ушах шумел ветер, но почему-то сейчас мне не было страшно. Словно колесо судьбы повернулось в иную сторону. И пока оно не встало в пазы, это будущее можно было изменить.
_____________
Охин – девица.
Светлая полоса уже раскрасила горизонт, а мы все ехали. Мне казалось, что стан степняков куда ближе, но все оказалось иначе. Солнце медленно поднималось над неровной линией, рассвечивая совсем иную природу. Уже в окружении поместья Вей было меньше деревьев, чем возле столицы, здесь же, словно мы пересекли невидимую границу, встречались только низкие кусты, растущие вдоль берега реки.
Кочевники не остановились ни разу, будто их и не утомили несколько часов в седле, я же чувствовала себя вконец разбитой. Особенно сильно болели стянутые руки и ноги, отвыкшие от верховой езды.
И вот, когда я решила, что почти готова выпасть из седла, вдали, как заснеженные пики невысоких гор, появились юрты. На белых верхушках сверкало солнце, будто они были покрыты льдом. И было их так много, что скоро они перекрывали весь видимы горизонт. Орда. К границе прибыл не просто боевой отряд, а, казалось, собрались все племена, населяющие бескрайнюю степь.
Почти не сбавляя скорости, степняки влетели в становище. Из-под копыт выскакивали со смехом дети, молча отходили в сторону женщины в темных нарядах. На шее одной из них я заметила тонкий железный ошейник. Рабыни. От этого вида свело живот. Но мне не дали рассмотреть лучше. Степняк двинулся дальше, в самый центр. Туда, где на высоких колесах стояли юрты, украшенные красными и черными узорами. Они и блестели на солнце.
Мне толком и не дали ничего рассмотреть. Степняк, легко спрыгнув с седла, одним движением распустил веревку на запястьях тут же потянув меня вниз.
– Осторожно, – предупредил мужчина, хмуро осматриваясь по сторонам. Я не сразу поняла, опасается ли он чьего-то недовольства или дело в ином. Но почти тут же, перекрывая гомон людей, раздался его громкий окрик и к нам, пригибаясь почти до земли, подбежали две немолодые женщины. Одна была одета совсем скромно, а на шее сверкал железный ошейник. Вторая же была свободной женщиной. Это было ясно и по наряду, украшенному вышивкой с изображением растений, и по тому, как она держалась. С уважением к степняку, но внутренним достоинством.