Вплоть до избиения.
Я в отчаянии пнул камень и наблюдал, как он покатился по двору. Опустившись на землю, я уперся руками о колени и выдохнул. Может быть, она никогда не вернется. Может быть, моя подруга ушла.
Хуже всего то, что, может быть, это было и к лучшему.
Я задавался вопросом, как долго мы сможем встречаться, прежде чем нас поймают. И если мы продолжим, однажды я буду сражаться с ее народом, а она — с моим. Как мы тогда сможем остаться друзьями?
Я еще раз посмотрел в сторону дыры, ожидая увидеть только угасающий свет. Только на этот раз она была там. Я моргнул, чтобы убедиться, что мне ничего не померещилось. Она ничего не сказала, и я не двинулся с места, неуверенный, стоит ли мне приближаться или это отпугнет ее. Я решил попробовать. Она не убежала в тот первый день, с чего бы ей убегать сейчас?
— Где ты была, маленькая омега?
Я встал и принялся ходить взад-вперед перед дырой, каждый поворот приближал меня к стене.
— Дома.
— Дома. Все это время? Прошла уже неделя.
Краем глаза я уловил, как она кивнула.
— Я испугалась, — призналась она. — Кто-нибудь узнал о нас? Так вот почему…
Мой желудок скрутило при воспоминании об избиении. Я знал, что она наблюдает за мной через дыру. Знал, что она видела меня, неспособного отбиться от своего тренера, вынужденного принять его наказание без слез. Альфа во мне ненавидел ее за это, но я знал, что это неправильно. Я не мог ненавидеть ее за то, что она стала свидетельницей моей слабости. Кроме того, ничто из того, что случилось со мной в этих стенах, не было хуже того, что могло бы случиться на войне. Я должен был принять это с гордо поднятой головой, сохранив свою гордость.
— Меня избили за опоздание. В тот день я пропустил тренировку.
Сквозь дыру я увидел, как ее глаза наполнились слезами.
— Из-за меня?
— Нет, — выплюнул он. — Не из-за тебя.
Если бы она узнала, что меня и раньше били, она могла заплакать еще сильнее.
— Тогда почему?
Нам было так весело в тот день. Я рассказал ей несколько шуток. Те, что мой отец рассказывал мне о врачах и их пациентах. И она заливалась этим веселым смехом до тех пор, пока я не потерял счет времени.
— Я забыл, ясно? Послушай, это не имеет значения.
Я подошел еще ближе, стараясь привести свои мысли в порядок. Она была здесь, и я хотел, чтобы она здесь находилась, но меня не устраивало, что она расспрашивала меня. Это только еще больше сбивало меня с толку.
— Мне жаль, альфа, — произнесла она печальным голосом, и это ударило меня в грудь прямо там, где колотилось мое сердце. — А теперь я пойду. Больше я сюда не приду. Просто хотела знать, что с тобой все в порядке.