— Договорились!
Из леса мы выбрались только к вечеру. Как ни крути, шёл я медленно, постоянно опираясь на свой костыль. Всем остальным приходилось подстраиваться под мой медленный темп.
На опушке леса нас дожидался «Газик» председателя и «УАЗ», за рулём которого скучал Рустам. Увидев, как мы выходим из леса, сержант заулыбался и выскочил из машины.
— Нашёлся? Вот здорово!
— Что у тебя с продуктами, Андрей Иваныч? — спросил председатель. — Есть, чем гостей кормить?
Я пожал плечами.
— Садись ко мне, — предложил Фёдор Игнатьевич. — Я тебя до магазина довезу. А гостям дай пока ключ от дома.
— Да у меня денег с собой нет, — возразил я.
Но председатель только махнул рукой.
— Разберёмся!
Катя и Павел забрались назад. Я вскарабкался на переднее сиденье, а Фёдор Игнатьевич сел за руль.
— Сначала, Катюша, мы тебя завезём, — обернувшись, сказал он. — Небось, больные заждались уже.
— Хорошо, Фёдор Игнатьевич, — согласилась Катя.
Это были едва ли не первые слова, которые она произнесла за всё время дороги.
«Газик» фыркнул двигателем и, подпрыгивая, покатился по полю.
Через десять минут мы въехали в деревню. Я с удовольствием вдыхал сладковатый запах навоза от совхозной фермы и рассматривал идущих по улице людей.
Как, оказывается, можно соскучиться, всего за четверо суток!
Мы подъехали к медпункту и высадили Катю. На скамеечке у входа её уже дожидались две бабульки, несмотря на жару, наглухо укутанные в пуховые платки.
Катя торопливо попрощалась с нами и поспешила к пациенткам. Фёдор Игнатьевич внимательно посмотрел ей вслед.
— Паша, ты тоже шёл бы, — неожиданно сказал он. — Мне с Андреем Иванычем поговорить надо.
— Так и мне надо, — улыбнулся Павел.
— Значит, подойдёшь к магазину — там и поговорите, — хмуро отрезал председатель. — А сейчас вылезай.
Павел, ничуть не обижаясь, выскочил из «Газика».
— Увидимся, Андрюха! — сказал он мне и пошёл по улице в направлении сельсовета.
Я удивлённо посмотрел на Фёдора Игнатьевича.
Председатель достал из кармана папиросу, размял её и закурил. Сизый дым пополз по кабине, защекотал ноздри.
— Тут такое дело, Андрей Иваныч, — без обиняков начал он. — К Лиде муж приехал.
Я непонимающе поднял брови. Но через секунду до меня дошло, о чём говорит председатель.
— И что? — внезапно охрипшим голосом спросил я.
— А то, — строго ответил Фёдор Игнатьевич. — Был он на северах, за длинной деньгой погнался. И теперь вот решил вернуться.
Председатель глубоко затянулся. Облако дыма окутало его коренастую фигуру.
— Лида приняла его? — снова спросил я.
— А это не наше с тобой дело, — покачал головой Фёдор Игнатьевич. — У них семья. И пока они сами между собой не разберутся — я прошу тебя не вмешиваться. Понял, Андрей Иваныч? Никаких прав на Лиду у тебя нет. А поломать всё можешь в один миг. Вот и прошу тебя — дай ей самой решить, как лучше. Вот сделает Лида свой выбор — тогда и будешь думать дальше. А до тех пор — ни-ни. Понял?