Барут улыбался, наблюдая, как Мика обнимает своего нового пса Шва. Лекарь прижимал к себе водного волкодава с такой нежностью, будто это был его собственный ребенок. Зверь тихо поскуливал, тыкаясь влажным носом в щеку хозяина, и торговец невольно усмехнулся.
— Любовь в нашем бизнесе — это чистый убыток, — пробормотал он себе под нос, поправляя сидящего на плече Фукиса.
Синий большеглазый зверёк недовольно пискнул, услышав знакомую фразу. Его огромные, как блюдца, глаза то и дело сканировали улицу.
Красавчик одним прыжком переместился на плечо к Стёпе и устроился там, обвив хвостом шею копейщика.
— Мне нужно кое с кем встретиться по торговым вопросам, — сказал Барут, поправляя ремень с кошельком. — Увидимся вечером.
— Стёпка, возьми с собой Красавчика. Идите с Микой домой, а у меня дела. Нельзя заставлять советника короля так долго ждать, — Макс усмехнулся.
Когда торговец отдалился от друзей, фукис неожиданно пискнул.
— Да, да, знаю, — улыбнулся торговец и потрепал питомца по пушистой голове. — Ты исключение, не товар. Мой младший партнёр, а не просто зверь на продажу.
Фукис довольно зафырчал и принялся чесать передней лапкой свою синюю грудку.
Барут знал: зверёк понимает каждое слово. Его способность оценивать потенциал других питомцев делала торговлю намного эффективнее, но не в этом была главная ценность. Фукис был единственным, кто знал все секреты Барута и никогда их не выдаст.
Торговец тяжело вздохнул и зашагал к Северным вратам быстрее. Впереди ждал тяжелый день — нужно было реализовать двух огненных волков третьей ступени. Молодые звери, красивые, сильные. Он кормил их лучшим мясом, лечил каждую царапину. Волки привыкли к нему. А сегодня он продаст их наёмнику из Золотого королевства.
— Вот и вся философия нашего дела, — сказал он Фукису, минуя группу пьяных Мастеров. — Сначала взращиваешь, потом отдаёшь за звонкую монету.
Зверёк скосил на него глаза — в этом взгляде читалось что-то вроде укора. Барут хмыкнул.
— Не смотри так. Я не получаю от этого удовольствия. Но таковы правила игры. Зверь — товар. Привязанность — помеха прибыли. А деньги… нужны. Хреновый из меня торговец.
Он замедлил шаг, глядя на массивные каменные ворота, украшенные резьбой. У входа толпились торговцы со всех концов континента. Кто-то кричал о редких зверях из Пустынных земель, кто-то расхваливал северных ледяных волков. Обычный рыночный шум, знакомый до боли. Почему-то именно здесь шла основная торговля. Наверное, из-за стражи.